Расстройства

Поварова иа заикание

19.06.2018

Глава 1 Работаем над проблемой

Какой бы ни был длинный путь,

всегда он начинается с первого шага.

Общие представления о заикании

Течение заикания бывает постоянным или волнообразным, но чаще всего запинки появляются в наиболее ответственных, «трудных» ситуациях. Это, как правило, официальная обстановка, необходимость выступить перед аудиторией, ответить на уроке, экзамене, поговорить по телефону, ответить на неожиданный вопрос незнакомого человека или задать ему вопрос и многое другое.

Заикание в целом и его отдельные признаки отличаются непостоянством: они то усиливаются, то ослабевают на несколько дней, недель и даже месяцев.

Часто возникающие речевые затруднения и неудачи приводят к повышенным затратам нервной энергии, а порой и к серьезным психическим травмам, которые могут вызвать чувство неполноценности, досады, беспомощности и другие отрицательные эмоции.

У взрослых заикающихся появляется большое количество установок, ограничивающих их возможности («меня не понимают», «мне даже не стоит пробовать» и др.), и, как следствие — ограничение социальных контактов, уход в собственный мир, снижение социальной активности. Многие перестают видеть свои профессиональные и личные достижения, считая, что, если бы не заикание, все могло бы быть лучше. В результате у большинства заикающихся возникает логоневроз, что усиливает заикание и еще больше затрудняет речевое общение (Л.Я. Миссуловин, 1988).

Столь ли распространено заикание, чтобы говорить о существовании проблемы?

Во всем мире заикаются 1 процент взрослых и 2—3 процента детей. Количество заикающихся в нашей стране колеблется в среднем от 1,5 до 2,2 процента (В.М. Шкловский, 1994).

Усиление заикания обычно наблюдается в период школьного обучения, особенно в первый год, а затем в подростковом возрасте. В большом числе случаев заикание приобретает хроническое течение. Усиливаясь с годами, недостаток речи начинает особенно проявляться в эмоционально значимых ситуациях.

Заикание у мальчиков встречается чаще, чем у девочек, примерно в три-четыре раза. По мнению И.А. Сикорского (1889), доминантное речевое полушарие головного мозга у женщин развито несколько лучше, чем у мужчин. Видимо, это мнение основано на общеизвестном факте, говорящем о некотором «опережении» девочками мальчиков в развитии речи при отсутствии каких-либо заболеваний.

studfiles.net

Независимый сайт о заикании

Здравствуйте, посетители сайта! Я – Полина.

Хочу поделиться своей оптимистичной историей, думаю, она кому-нибудь обязательно поможет.

Мне 32 года сейчас, и период самый болезненный своего заикания я переживала 15-20 лет назад, когда интернета не было, такого чудо-сайта, естественно, тоже не было. Были в моде экстрасенсы и Кашпировский по ТВ. Я училась в школе очень хорошо. Интерес к учебе всегда был и, если бы не заикание, уверена – была бы отличницей. Отвечать у доски лет с 12 не могла совсем. Старались не вызывать или отвечала письменно, хотя в начальной школе и стихи читала, и отвечала – заикание было не такое сильное. А с подросткового возраста заикалась даже с мамой. Ужасно переживала, конечно, жила в своем внутреннем мире, глубокий интроверт. На каникулах могла ни с кем не общаться, все дома и дома – шью, готовлю, цветы выращиваю. А жила я в городе Железногорске Красноярского края. Невропатологи этого города назначали массаж воротниковой зоны, электросон, просмотр Кашпировского и поиск бабушек-знахарок. К логопеду я не ходила ни разу пока в школе училась. Не было такого специалиста, чтобы заикание взялся лечить у взрослой девушки или искали плохо — теперь уже не знаю. «Лечили» меня в 16 лет по методу Джуны два «специалиста». Стало хуже, прибавился нервный тик – моргание сильное при заикании. Кошмар, как жить дальше? J

А девушка я красивая, любви хочу, интересной жизни хочу, проявить себя хочу. И все – внутри. Признаюсь, что создала себе теорию такую в то время – раз у меня такой недостаток, значит я такая уникально-хорошая, что без этого недостатка была бы слишком хороша. Надо было подгорчить немножко такую бочечку меда J . Не судите строго – так мне надо было в то время чтобы выжить. И вот – выпускные классы школы. Я относилась к окончанию школы как к концу света. В моей школе все меня знают, знают мой дефект. Есть конфликты, конечно, но это свои родные конфликты, более-менее учителя нормально относились, а с одноклассниками не было проблем (списывать давала!). что будет дальше? Спасибо родителям – меня уговорили идти в 10-11 классы в химический спецкласс, а не в обычный. Я сопротивлялась сильно, говорила – все равно не буду поступать у университет, я не смогу там учиться. А училась по химии очень хорошо. Родители уговорили. Сказали – не понравится, обратно переведем. И начались изменения. Нет, не в заикании моем, а во мне.

К нам приезжали преподаватели КГУ, и мы ездили туда на занятия раз в неделю из Железногорска. Я увидела совсем другое отношение преподавателей (не всех, конечно). Увидела ценность своего стремления к учебе, своих знаний. Преподаватель терпеливо ждал когда я отвечу на вопрос, и я могла выразить свою точку зрения в дискуссии, чего раньше не было. Преподаватели вселили в меня уверенность. Но я еще не смела подумать о поступлении в этот вуз. Как же я буду там 2 раза в год сдавать сессию, а потом – защищать диплом? И вот один раз я шла по коридору, а дверь в лекционный зал была открыта. Я увидела, что много студентов сидит на скамьях за партами, а около кафедры стоит инвалидное кресло и там сидит парень и тоже учится. Мне стало ужасно стыдно. Приехав домой, я сказала родителям, что буду поступать. Это изменило мою жизнь.

Когда я поступила, мама все лето спрашивала меня: «Может заберешь документы? Пойдешь в наш техникум, в вузе сложнее тебе учиться будет, да еще жить в другом городе.» Но я была верна своему решению. Сначала было очень тяжело. Я писала на бумажке информацию, чтобы купить билет до Красноярска, иначе надо было долго при всей очереди объяснять какой билет мне надо. Одногруппники и преподаватели меня уважали, учеба очень нравилась. Жизнь в другом городе стала как бы новой жизнью. В маленьком Железногорске все знают, что я заикаюсь, а тут – почти никто не знает об этом. Я не могу до конца объяснить, но эта перемена очень нравилась мне, я летала как на крыльях. С помощью мамы стала лечиться в детском психоневрологическом диспансере, т.к. взрослых от заикания в Красноярске не лечат. Так нам сказали. Тут уже был логопед, правда детский. Кроме этого – опять электросон, массаж – как мертвому припарка J . И таблетки – назепам, тозепам, от них отказалась, когда стала засыпать в автобусе так, что только кондуктор будил на конечной. Если бы был в моей жизни этот сайт – даже не могу представить насколько было бы легче, сколько методик можно было бы перепробовать, освоить, спросить совета. А теперь я понимаю, что интуитивно пришла к методу Прокофьева – идти в свой страх. Так я и делала. Я уже много лет знала как там – в страхе. Там так, что хуже уже не может быть. А что за страхом? Там мое выздоровление. Я одевала на себя бронежилет – «мне по фигу», и шла в сложные ситуации. А сложной ситуацией тогда был обычный поход в аптеку. Но эти походы в бронежилете дали свои плоды. Пример.

На первом курсе в университете подошли ко мне две незнакомые девушки и спросили как проехать в какой-то пункт назначения. Я стала объяснять, заикаться, они – хихикают. Тогда я сказала: «что, я смешно говорю? Ну, потерпите немножко, тогда узнаете то, что хотите.». Я сказала это с улыбкой, без тени злобы и – почему-то без заикания. И сразу стало легче разговаривать с ними, я все спокойно почти объяснила. Может для вас это сейчас очевидно, а для меня тогда было открытием.

Я с третьего курса пошла получать дополнительное образование – преподаватель, специалист по работе с одаренными детьми. Просто мне все было интересно, интересно жить. И я преподавала! Защитила диплом и по этой специальности. Я обнаружила, что с детьми, с подростками я мало заикаюсь, часто совсем не заикаюсь. Я могу включиться в игру, могу сама игру придумать, устроить конкурс, могу стать артисткой, получаю огромное удовольствие! Это все я открыла экспериментально. Методом миллиона проб и миллиона ошибок. В итоге я получила положительный опыт, поверила в себя, поверила, что есть ситуации, когда я не заикаюсь с незнакомыми.

Диплом на основной специальности – «химия» — я не так прекрасно и весело защищала. Преподаватели предложили мне написать на листках краткую речь для комиссии, раздать эти листки, потом только ответить на вопросы. Я плакала, мне было ужасно обидно, обидно, что нет никакой надежды стать как все, злость на себя. Я не хотела снисхождения. Я взяла ключ от большой аудитории, взяла у подруги магнитофон с микрофоном (1998 год, цифровой техники не было). Репетировала 2 дня – субботу и воскресенье, а в понедельник мне надо было первой идти на защиту. Хочу сказать – толк был нулевой. Но мне не так стыдно было перед собой, я хотя бы пыталась что-то сделать. Комиссия все равно читала по листочкам, меня слушать было невозможно.

Я поступила в аспирантуру. Работая в лаборатории я услышала по красноярскому радио передачу рекламную про холотропное дыхание. Рассказывали пространно, мне было ничего не понятно толком. Сложно рассказать про такую глобальную вещь как холотроп по радио в легкой форме. Про заикание там не говорилось, я подумала, что раз это дыхание, то вдруг мне поможет? Пошла на ознакомительную встречу с организаторами. Теперь я назову имя – Евгений Шаталов. Этот человек помог мне. На встрече я не поверила ничему, что рассказывали. Какие-то матрицы – ужас! Врут! Дома думала – вот не пойду, а вдруг это мое спасение? Надо хоть один раз сходить. И произошло долгожданное чудо. Я заговорила. Я ходила с улыбкой до ушей круглосуточно! Преподаватель по английскому в аспирантуре был поражен. Он не любил меня, я обуза была на уроках, а тут – говорю. Чудо! Но эффект этого чуда был 2 недели, потом стало похуже, но в общем речь улучшилась значительно. Я ходила на холотроп еще несколько раз. Поняла там многое про себя, поняла что надо работать над собой. Занималась один раз индивидуально с Евгением Александровичем, он показал мне, что есть выгоды от каждой болезни, в том числе и от заикания.

Я не поверила сначала, потом наедине с собой обнаруживала все выгоды одну за одной. Речь с близкими стала совсем чистой. С незнакомыми и по телефону – еще почти как раньше. Аспирантура не кормила, я решила устроиться на производство. Узнала, что на одном предприятии идет набор молодых специалистов, позвонила в отдел кадров, говорила ужасно! Естественно, мужской голос сказал мне, что вакансий нет и не было. Я быстро сориентировалась – сказала «вы, наверное, так говорите из-за моего заикания?», в трубке тишина, я продолжаю «да, я заикаюсь, я ведь очень волнуюсь, мне хочется устроиться к вам на работу. Послушайте, у меня большой опыт работы, я аспирант. Может, я приеду, мы пообщаемся, а потом вы сделаете выводы?» Что-то еще говорила этому начальнику, уже более уверенно. Он посомневался и пригласил меня на собеседование. Я проработала там 5 лет.

Речь моя меня не устраивала. Я хотела улучшений. Меня заинтересовала работа косметической компании. А это прямые продажи, презентации, куча незнакомых людей, которым надо все рассказывать. Но я же преподаватель! Было очень трудно. Я учила презентацию или школу, рассказывала ее мужу, получалось ужасно. Плакала, потом рассказывала это все подруге, потом другой подруге, потом репетировала в офисе. В общем, через год примерно я чувствовала себя уверенно. Мне понравилось. Я понравилась людям. Крылья выросли! Я сама была своим личным тренером в этой борьбе и победителем. Радовалась, но это уже была не радость неожиданному чуду, а удовольствие от проделанной тяжелой работы. Теперь манил новый горизонт – выступать на сцене перед большим залом. В нашей компании проводился конкурс «Бизнес-леди». Я подала заявку. Меня не отговаривали, но особо не верили в то, что я смогу выступить. А мне труднее было бы сидеть в зале и плакать оттого, что мне на этой сцене не бывать. Я уже верила в себя.

И вот конкурс. Было 12 участниц, кажется. Я говорила хорошо, хотя общее волнение чувствовалось, но были те, кто волновался больше меня. Все, что можно было рассказать своими словами я рассказала на твердую 4 с плюсом. В качестве домашнего задания пела песню своего сочинения. А вот свой стих, который было задумано прочесть, рассказать не смогла. Там ведь надо было все говорить четко как написано, нельзя варьировать. Я не растерялась, сказала – ладно, если так не получается, то расскажу вам своими словами о чем этот стих. И рассказала. Заняла второе место! А стих – вот он:

Если ты послал улыбку Солнцу,

Знай, звездой она к тебе вернется.

Если ты послал желанье Ветру,

Птицей полетит оно по свету,

Обретет в полете силу, страсть.

Ветер не дает ему упасть,

Солнце не дает ему остыть,

А Земля поможет сохранить

То, чем ты сумеешь мир наполнить,

Ведь тебе желание исполнить!

Зрители после конкурса подходили ко мне и просили им рассказать стих. Я рассказывала, они записывали. Я была очень счастлива.

Сейчас я работаю опять по специальности, в лаборатории. Устройство на работу происходило через телефонный разговор. Тут уже почти все было спокойно и уверенно. Я сказала начальнице, что заикаюсь. Она ответила «ну, это же совсем пустяки».

Я недавно совсем обнаружила этот сайт. Огромнейшее спасибо его создателям! Ведь так трудно быть одной в этой ежедневной борьбе.

Итог: я сейчас заикаюсь иногда, незнакомые люди, соседи могут этого и не знать. Со знакомыми вообще не заикаюсь. Хуже даются телефонные разговоры и, например, чтение стихов. Но все еще впереди, ведь страха нет!

И еще – огромное СПАСИБО человеку в инвалидном кресле в университетской аудитории. Я не видела его ни разу с тех пор. Он помог мне. Он даже не подтолкнул, а пнул меня. Это был «волшебный пендель» J .

www.stuttering.su

ПОВАРОВА И.А. КОРРЕКЦИЯ ЗАИКАНИЯ В ИГРАХ И ТРЕНИНГАХ. ОБЩИЕ ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ЗАИКАНИИ. ПРИЧИНЫ И ПРОЯВЛЕНИЯ ЗАИКАНИЯ

Общие представления о заикании

Заикание известно человеку, по-видимому, столько же времени, сколько существует человеческая речь. Заикание относится к одному из самых распространенных расстройств речи. Обычно оно возникает в раннем детстве и при отсутствии необходимой помощи может сохраняться долгие годы. Заикание проявляется в нарушении ритма и плавности речи, которые возникают из-за различного рода прерывания, продлевания или повторения отдельных звуков и слогов. Такие задержки и повторения при произнесении слов возникают вследствие судорог мышц речевого аппарата, сопровождаются нарушением дыхания, изменениями в просодике высказывания: высоте и силе звука, темпе речи. Помимо этого, отмечаются приспособительные изменения позы, мимики, артикуляции.

Заикание в целом и его отдельные признаки отличаются непостоянством: они то усиливаются, то ослабевают на несколько дней, недель и даже месяцев. Часто возникающие речевые затруднения и неудачи приводят к повышенным затратам нервной энергии, а порой и к серьезным психическим травмам, которые могут вызвать чувство неполноценности, досады, беспомощности и другие отрицательные эмоции.

Столь ли распространено заикание, чтобы говорить о существовании проблемы? Во всем мире заикаются 1 процент взрослых и 2—3 процента детей. Количество заикающихся в нашей стране колеблется в среднем от 1,5 до 2,2 процента (В.М. Шкловский, 1994).

Наиболее часто заикание возникает у детей в возрасте от 2 до 5 лет и совпадает с периодом активного развития фразовой речи. Речь в этот период является наиболее уязвимой и ранимой областью высшей нервной деятельности ребенка. Нарушения в функционировании нервной системы маленького ребенка могут вызвать «срыв» речи — заикание. Возникший недостаток речи при неблагоприятном течении фиксируется по механизму условно-рефлекторной связи.

Усиление заикания обычно наблюдается в период школьного обучения, особенно в первый год, а затем в подростковом возрасте. В большом числе случаев заикание приобретает хроническое течение. Усиливаясь с годами, недостаток речи начинает особенно проявляться в эмоционально значимых ситуациях. Заикание у мальчиков встречается чаще, чем у девочек, примерно в три-четыре раза. По мнению И.А. Сикорского (1889), доминантное речевое полушарие головного мозга у женщин развито несколько лучше, чем у мужчин. Видимо, это мнение основано на общеизвестном факте, говорящем о некотором «опережении» девочками мальчиков в развитии речи при отсутствии каких-либо заболеваний.

Причины и проявления заикания

Проблема заикания занимает умы не одного поколения людей. Отражением этого являются многочисленные теорий, претендующие на объяснение его механизмов. Бытует мнение о том, что заикание возникает от испуга, то есть в результате психотравмы. Но можно ли считать психотравматизацию единственной и ведущей причиной заикания?

Всем известно, что подавляющее большинство детей, особенно в раннем возрасте, пугаются, но далеко не все после этого начинают заикаться. Следовательно, у ребенка, начавшего заикаться, имелись определенные предпосылки, предрасполагающие причины, на которые наслоились различного рода психотравмы (например, сильный испуг, конфликты в семье и др.). Каковы же эти предпосылки? Неблагоприятные условия жизни и работы матери, а также различные заболевания в период беременности могут явиться причиной ослабленности новорожденного. Предрасполагать к возникновению заболевания могут черепно-мозговые травмы, соматические или инфекционные заболевания, протекавшие с высокой температурой, различного рода эмоциональное напряжение.

Для понимания структуры речевого расстройства при заикании исследователи в разное время и разными методами (физиологическими, медицинскими, психологическими) изучали механизм заикания, причины его возникновения, особенности проявления. Однако механизм заикания до сих пор остается недостаточно ясным.

Среди разных взглядов на сущность заикания можно выделить следующие: заикание — это речевое недоразвитие либо это невроз или неврозоподобное состояние.

Большинство отечественных ученых относят заикание к неврозам. При этом часть исследователей склонны рассматривать заикание как симптом невроза (Ю.А. Флоренская, Ю.А. Поворинский), другая часть — как особую форму общего невроза (В.А. Гиляровский, М.Е. Хватцев, И.П. Тягугин, С.С. Ляпидевский, А.И. Поварнин, Н.И. Жинкин, В.С. Кочергина).

Таким образом, в возникновении заикания первостепенную роль играют нарушенные взаимоотношения нервных процессов в коре головного мозга. Нервный срыв в деятельности коры больших полушарий может быть обусловлен, с одной стороны, состоянием нервной системы, ее «готовностью» к отклонениям от нормы. В этом немаловажное значение имеет тип высшей нервной деятельности человека. С другой стороны, нервный срыв может быть обусловлен биологическими предпосылками, неблагоприятными внешними факторами.

Предрасполагающие причины для возникновения заикания разнообразны. Может быть сочетание нескольких причин: наследственная предрасположенность, невропатическая конституция, органическое поражение центральной нервной системы, соматическая ослабленность вследствие заболеваний, семейная отягощенность патологией речи и др. Непосредственным толчком для появления судорожных запинок может послужить психотравма, инфекционное заболевание, возросшие интеллектуальные нагрузки. Заикание может начаться и без видимой причины.

Отражением нервного срыва является расстройство особо уязвимой и ранимой у ребенка области высшей нервной деятельности — его речи, что проявляется в нарушении координации речевых движений с явлениями судорожности. Фиксированность внимания на речевых затруднениях усугубляет и усложняет расстройство нормального механизма образования речевого потока.

Видимо, возможны и другие варианты объяснения механизмов заикания, в частности на основе органических изменений центральной нервной системы. Особенности проявления (симптомы) заикания изучены к настоящему времени достаточно полно. По своим проявлениям заикание — крайне неоднородное расстройство. Многообразие проявлений заикания, отмеченное исследователями, позволяет утверждать, что заикание — это не только расстройство речевой функции. В проявлениях заикания обращают на себя внимание в разной степени выраженные расстройства нервной системы, физического здоровья, общей и речевой моторики, собственно речевой функции, а также наличие психологических особенностей.

Перечисленные отклонения в психофизическом состоянии заикающихся проявляются по-разному. У них часто наблюдается общее мышечное напряжение, скованность движений или двигательное беспокойство. Понимание своего речевого недостатка, неудачные попытки замаскировать его нередко порождают у заикающихся определенные психологические особенности: речебоязнь, чувство угнетенности, раздражительности и постоянные переживания из-за своей речи, поэтому расстройство речи еще более усиливается.

Первые реакции на дефект у ребенка неосознанны, не носят эмоциональной окраски. Но в результате многократного повторения случаев запинок в речи ребенка их восприятие сопровождается у него развитием понимания, что он говорит не так, как все (неплавно, прерывисто, с запинками), что ему что-то мешает свободно говорить (двигать языком, губами и т. д.). Запинки возникают внезапно, необъяснимо от чего, являются предметом внимания окружающих, не поддаются сразу преодолению, не исчезают самостоятельно и постепенно входят в патологическую условно-рефлекторную цепочку (Н.И. Жинкин, 1958).

Осознанное внимание к своим речевым проблемам побуждает к волевым действиям по преодолению речевого дефекта. Причем невозможность самостоятельно справиться с этой задачей усугубляется ощущениями собственной неполноценности. Состояние яркого переживания способствует фиксированности на своем дефекте, которое увеличивается с возрастом. Со временем у каждого заикающегося складывается своя иерархия коммуникативных трудностей. Например, школьник, свободно говорящий на перемене, тяжело заикается на уроке, а человек, только что не испытывавший затруднений при разговоре с приятелем, не может двух слов сказать без запинки в ответ прохожему.

Неблагоприятный опыт прошлого порождает не только определенные представления о своей неправильной речи, о самом себе и своем положении в обществе, но и формирует неуверенность в своих речевых возможностях. Предвидение и ожидание речевых запинок в совокупности с отрицательными эмоциями во многих случаях приводит к навязчивым страхам речи (логофобии, звукофобии), снижению речевой активности. Переживания, связанные у заикающихся с нереализованной потребностью свободного речевого общения с окружающими, могут сопровождаться состоянием эмоциональной угнетенности, раздражительности, отчаяния, физического напряжения во время речи, повышенной психической истощаемостью. В зависимости от благоприятных или неблагоприятных условий названные явления могут или проявляться кратковременно, или перерастать в стойкие патохарактерологические особенности.

Часто у детей формируется робость, застенчивость, тревожность, агрессия и другие расстройства. Все они могут затруднять формирование других форм общения, которые соответствуют последующим этапам развития человека. Заикание, наложившее отпечаток на развитие личности подростка, на его общение, часто неблагоприятно сказывается на всей деятельности заикающегося, на его эмоциональной сфере и ведет к психологическим, социальным и педагогическим проблемам.

Таким образом, принимая точку зрения Л.Я. Миссуловина (1988) и В.М. Шкловского (1994), можно полагать, что заикание — это состояние речи, обладающее отрицательной, а в некоторых случаях и положительной динамикой, при котором в периферическом речевом аппарате человека, страдающего заиканием, наблюдаются судороги различной тяжести, продолжительности и частоты, возникающие вследствие невротических, неврозоподобных состояний либо органических заболеваний нервной системы и в свою очередь вызывающие у значительной группы больных вторичные реактивные наслоения. Эти наслоения могут обусловливать определенные изменения личности и приводить к нарушениям системы общения заикающегося с окружающими.

Итак, можно сделать вывод, что заикание — сложное комплексное заболевание, требующее разностороннего подхода к лечению.

www.logopedmaster.ru

Современные методы коррекции заикания

Становлению современного комплексного подхода к коррекции заикания предшествовала разработка различных методов и путей преодоления этого заболевания. Несмотря на многовековую историю изучения и лечения нарушений речи, заикание — одно из заболеваний, механизмы которого к настоящему времени не до конца изучены и объяснены. Следует отметить, что механизмы заикания неоднородны.

В одних случаях заикание трактуется как сложное невротическое расстройство, которое является результатом «сшибки» нервных процессов в коре головного мозга, нарушения корково-подкоркового взаимодействия, расстройства единого авторегулируемого темпа речевых движений (голоса, дыхания, артикуляции).

В других случаях — как сложное невротическое расстройство, явившееся результатом зафиксированного рефлекса неправильной речи, первоначально возникшей вследствие речевых затруднений разного генеза.

В-третьих — как сложное, преимущественно функциональное расстройство речи, появившееся вследствие общего и речевого дизонтогенеза и дисгармоничного развития личности.

В-четвертых — механизм заикания можно объяснить органическими поражениями центральной нервной системы.

Методики преодоления заикания разрабатывались авторами на основе различного понимания ими этого нарушения речи. Многочисленность методических подходов к преодолению этой патологии объясняется сложностью ее структурных проявлений и недостаточным уровнем знаний о ее природе.

На необходимость комплексного воздействия при коррекции заикания указывали И.А. Сикорский (1889) и И.К. Хмелевский (1897). Ими высказывались взгляды, не утратившие своего значения в настоящее время. Так, И.А. Сикорский в лечение заикания включал гимнастику речи, психотерапевтическое, фармацевтическое лечение и двигательные упражнения.

Опираясь на учение отечественных физиологов И.М. Сеченова и И.П. Павлова и их последователей, ученые и специалисты-практики определили современный комплексный подход к преодолению заикания. Л.З. Андронова (1993), Н.М. Ассатиани (1980), В.А. Гиляровский (1932), К.М. Данилов и И.В. Черепанов (1970), В.С. Кочергина (1960), В.А. Куршев (1973), сотрудники лаборатории НИИ дефектологии под руководством Р.Е. Левиной (1963), С.С. Ляпидевский (1960, 1963), Л.Я. Миссуловин (1988), Ю.Б. Некрасова (1984), В.И. Селиверстов (2000), М.В. Серебровская (1925), Н.П. Тяпугин (1966), Ю.А. Флоренская (1949), М.Е. Хватцев (1959), В.М. Шкловский (1994), А.В. Ястребова (1963) и др. своими исследованиями способствовали развитию лечебно-педагогического подхода к преодолению заикания.

В трудах многих авторов встречаются указания по некоторым частным вопросам устранения заикания (Г.И. Ангушев, 1974; С.Ю. Бенилова, Т.С. Резниченко, 2001; Т.Г. Визель, 1997; В.А. Ковшиков, 1976; Ю.И. Кузьмин, 2000; В. Adamczyk, 1969; G. Andrews еt аl, 1982; С. Van Riper, 1982 и др.). В ряде зарубежных работ мы находим интересные наблюдения и рекомендации по поводу коррекции заикания. Многие исследователи-клиницисты приходят к выводу о необходимости комплексного всестороннего лечения этого дефекта речи, которое предусматривает логопедические упражнения, лекарственную терапию, а также целенаправленное психотерапевтическое воздействие на личность больного, помогающее ему адаптироваться к условиям социальной среды (K.P. Bekker, М. Sovak, 1984; О.А. Bloodstein, 1995; М. Опslowш еt аl., 1997; М. Sеетап, 1962).

Научные исследования, основанные на экспериментальном и клинико-психологическом изучении заикающихся, позволили сформулировать ценные теоретические и практические положения, определить место логопедии и различных лечебных мероприятий в комплексной системе лечения.

В настоящее время не вызывает сомнений целесообразность дифференцированного и индивидуального подхода к заикающимся разных возрастных категорий с учетом сложной структуры и этиопатогенеза речевого нарушения.

Необходимо отметить, что до настоящего времени исследователями высказываются различные, а иногда и прямо противоположные точки зрения на эту речевую патологию. Большинство исследователей и практиков, работающих над данной проблемой, все же придерживаются мнения о необходимости комплексного изучения и лечения этого нарушения речи, выбора тех или иных приемов комплексной терапии. В этих условиях возникает необходимость поиска единых концептуальных основ взаимодействия специалистов, координация их деятельности.

При реабилитации заикающихся в настоящее время используется комплексный подход, поскольку нарушение плавности речи связано с целым рядом причин как биологического, так и социально-психологического характера.

Во-первых, это сочетание коррекционно-педагогической и лечебно-оздоровительной работы, которая направляется на нормализацию всех сторон речи, моторики, психических процессов, воспитание личности заикающегося и оздоровление организма в целом.

Во-вторых, комплексный подход включает систему четко разграниченных, но согласованных между собой средств воздействия разных специалистов. Это предусматривает совместную работу врача, логопеда, психолога, ритмиста, специалиста по функциональной диагностике, физиотерапевта и социального работника.

В настоящее время в специальной литературе представлены как некоторые приемы логопедической работы с заикающимися (освещающие только отдельные стороны интересующей нас проблемы), так и ряд комплексных реабилитационных систем, концептуальной базой которых является учет особенностей психофизического развития пациента, этиологии, механизмов и симптоматики нарушения, включающих речевые, психологические, моторные, возрастные особенности данного контингента больных.

По мнению Л.И. Беляковой, Е.А. Дьяковой (1998); В.А. Ковшикова (1976); М.И. Лохова, Ю.А. Фесенко (2000); В.М. Шкловского (1994) и др., при разработке реабилитационных мер следует учитывать характер первичного поражения нервной системы при различных формах заикания.

При невротической форме заикания терапевтические воздействия должны быть направлены на снижение возбудимости эмоциогенных структур мозга, что может достигаться с помощью сочетания медикаментов и различных психотерапевтических приемов (стресс-терапия, гипноз, аутогенная тренировка). Логопедические занятия на этом фоне проходят значительно эффективнее.

Заикающиеся с неврозоподобной формой речевого дефекта нуждаются в длительных коррекционно-педагогических воздействиях, способствующих развитию регулирующих функций мозга (стимуляция внимания, памяти и других психических процессов), в специальном медикаментозном лечении, направленном на редукцию последствий раннего органического поражения мозга. Логопедические занятия для этой группы заикающихся должны быть регулярными в течение значительного времени. В комплекс лечебных и психологических воздействий обязательно включают методы, направленные на ритмизацию движений.

Таким образом, согласно представлению авторов, в тех случаях, когда нервные механизмы заикания связаны с органо-функциональным поражением моторных структур мозга, нормализация в функциональной системе речи должна идти за счет выработки новых речедвигательных рефлексов, в то время как при невротическом заикании лечение направляется на восстановление и укрепление имеющихся речевых моторных автоматизмов, приобретенных в раннем речевом онтогенезе.

В связи с задачами диагностики и патогенетического обоснования комплексной логотерапии В.М. Шкловским (1994) предложена классификация больных с заиканием, в которой наряду с проявлением собственно речевой патологии принимается во внимание степень дезорганизации отношений личности. Указанный дифференцированный подход к взрослым заикающимся позволил четко определить место логопедии и различных психотерапевтических мероприятий в комплексной системе лечения заикания. Разработанная автором комплексная медико-педагогическая система лечения заикания наиболее полно учитывает различные стороны клинико-психологической картины заикания.

Такая оценка этиопатогенетической основы заикания во многом раскрывает сущность проблемы, нацеливает специалистов на комплексное воздействие при коррекции нарушений речи.

На наш взгляд, исходя из направленности настоящего пособия несколько подробнее следует остановиться на особенностях коррекционно-педагогической работы при лечении заикания.

Поскольку у заикающихся имеются специфические нарушения плавности речи, особенности темпоритмической ее организации, а также изменения в моторной сфере, касающиеся динамического праксиса и музыкально-ритмических способностей, это обусловливает необходимость формирования ритмоинтонационной организации устной речи, являющейся одним из важных звеньев в комплексном методе коррекции заикания.

Исследователями и практиками было обращено внимание, что ритмизация движений приводит к нормализации плавности речи. Для выработки слитности речи у заикающихся используются различные методы, ритмизирующие речь: проговаривание слов, фраз под музыку, метроном, пение, тренировка речи в процессе логопедической ритмики, синхронизация речи с движениями пальцев ведущей руки и т.д. Занятия под музыкальное сопровождение с ритмическими движениями рук, ног, туловища, а в дальнейшем сочетание этих движений с пением, мелодекламацией, чтением стихотворных и прозаических текстов оптимизируют протекание речевого высказывания (Л.З. Андронова, 1993; Л.И. Белякова и др., 1992; Г.А. Волкова, 2003; Е.В. Оганесян, 1981; Н.А. Рычкова, 1999).

По мнению Н.А. Власовой (1959), преодоление заикания наиболее эффективно в процессе постепенного воспитания речи от сопряженного произношения до нормальной речи. В.И. Рождественская (1960) предлагает систему расслабляющих, дыхательных, голосовых упражнений в игровой форме, а также задания для воспитания координации речи с различными движениями, направленными на коррекцию темпа речи. Этому аспекту работы автор придает ведущее значение.

Развивая приведенные выше положения, Е.Ю. Рау (1994) рассматривает зависимость выраженности заикания от условий общения и пути адаптации заикающихся к трудным коммуникативным ситуациям.

Г.А. Волкова (1979, 1994) считает, что, работая с детьми дошкольного возраста, посещающими логопедический детский сад, заикание необходимо преодолевать в игровой деятельности. Автор подчеркивает, что игровая деятельность позволяет создать различные ситуации, отражающие реальные события и взаимоотношения между людьми. Участие в разнообразных игровых ситуациях, выполнение ролей от второстепенных до ведущих воспитывает у заикающихся необходимые качества личности. В процессе дифференцированного использования игровой деятельности происходит коррекция личностных отклонений заикающихся детей и на этой основе воспитание их речи.

Несколько на иных теоретических позициях построена методика Н.А. Чевелевой (1978). Автор считает, что у заикающихся необходимо воспитывать только самостоятельную речь (ситуативную и контекстную) в процессе ручной деятельности. Автором не признается необходимым использование дыхательных, голосовых и других упражнений, направленных на коррекцию темпа речи. Н.А. Чевелева подчеркивает, что спокойный, несколько замедленный темп изготовления поделок нормализует темп речи дошкольников и школьников. Воспитание речи по этой методике проходит в несколько этапов: пропедевтический этап, сопровождающая речь с опорой на наглядные предметы и действия, завершающая речь о выполненном действии, предваряющая речь, без опоры на прошедшее действие, закрепление активной речи или контекстная речь.

М.И. Геркина (1972), так же как в дальнейшем Е.М. Пеллингер с соавторами (1995), учитывая ситуативный характер заикания и нарушение у детей коммуникативной функции речи, предлагает методику сюжетных игр. Начинается коррекция с разыгрывания сюжетов с мнимым собеседником, что дает, по мнению автора, установку правильного речевого поведения в реальных ситуациях общения со сверстниками. На следующем этапе разыгрываются бытовые темы, в конце курса переходят к ролевым играм. Логопед предлагает сюжет игры, направляет на выполнение действия, стимулирует речевую активность.

А.В. Ястребова (1999) разработала систему коррекционного обучения заикающихся школьников, предусматривающую в процессе логопедических занятий формирование у них навыков свободного общения, развитие наблюдательности, устойчивого внимания, умения достаточно легко и быстро переключаться от одного вида деятельности к другому.

А.И. Богомолова (1977) утверждает, что значение невротических проявлений у заикающихся преувеличено. По мнению автора, по мере того как наступает улучшение речи в процессе логопедических занятий, исчезают вторичные невротические наслоения. Отсюда и вытекает направленность логопедических приемов, основанных на упражнениях в скандированной речи, которые должны сопровождаться дирижирующими движениями руки пациента. Трудно согласиться с утверждением автора о том, что особенности течения болезни у дошкольников и подростков основываются только на большом стаже заикания у детей старшего школьного возраста.

Т. Веrendes (1963) в своей методике преодоления заикания предлагает использовать «сценотест» Г. Стаабс. В сценках (играх), которые ребенок выстраивает с помощью кукол, выясняется скрытая конфликтная обстановка и одновременно происходит разрядка психической напряженности. Для усиления воздействия, снятия психофизического напряжения автор предлагает включать упражнения аутогенной тренировки и раскрывать подсознательные переживания в гипнозе.

Методика В.И. Селиверстова (2000) преимущественно рассчитана на работу с детьми в медицинских учреждениях. В предложенной автором схеме занятий речевые упражнения усложняются в зависимости от разной степени самостоятельности речи, ее подготовленности, структурной сложности, от видов деятельности, в процессе которых происходит речевое общение.

И.Ю. Абелева (1969), так же как и В.И. Селиверстов (2000), рекомендует начинать работу с подготовительных упражнений по технике речи: дыхательных, голосовых, артикуляционных. Речевые упражнения по коррекции заикания строятся по принципу постепенного усложнения компонентов речи.

В литературе, посвященной проблеме заикания у подростков и взрослых, приводятся программы, в которых отмечаются наиболее общие взгляды на устранение заикания. Все современные системы логопедических занятий с заикающимися подростками и взрослыми объединяются наличием в них (помимо последовательно усложняемых речевых упражнений) различных методов психотерапии, физиотерапии, медикаментозного вмешательства.

Вопрос применения аутотренинга при лечении заикания разрабатывался С.М. Любинской (1970), Л.Я. Миссуловиным (1988), Ю.Б. Некрасовой, С.Ф. Орловской (1966), В.М. Шкловским (1979, 1994). Общим в работах указанных авторов является то, что аутогенную тренировку рекомендуется использовать в комплексе лечебно-коррекционных мероприятий наряду с другими методами психотерапевтического воздействия.

Специально вопросу применения различных методов групповой психотерапии при лечении взрослых заикающихся (дискуссия, невербальная коммуникация, проективное рисование, социометрия и др.) посвящена работа В.М. Шкловского, Л.М. Кроля, Е.Л. Михайловой (1985).

Одним из наиболее известных в 50—70-х годах методов психотерапии, как указывает Б.Д. Карвасарский (1990), является групповой сеанс эмоционально-стрессовой терапии с элементами императивного внушения по К.М. Дубровскому (1966). В ходе сеанса отрицательные эмоции больных, связанные со страхом речи, противопоставляются жизнеутверждающим эмоциям новых психологических установок. Применительно к заиканию методика изучена Ю.Б. Некрасовой (1984), которая указывает на возможность за короткий промежуток времени изменить отношение больного к страданию. По ее мнению, совокупность психических состояний, вызываемых во время сеанса эмоционально-стрессовой психотерапии, вызывает у заикающихся новые стенические состояния: активность, готовность преодолеть психологический барьер и говорить в экстремальных условиях.

В.М. Шкловским (1994) сеанс внушения в бодрствующем состоянии был введен в курс комплексного лечения заикания как мощный психотерапевтический прием, направленный на устранение у больных страха речи в эмоционально значимых ситуациях. Им же подробно описана методика проведения сеансов, предусматривающая длительное закрепление достигнутых на сеансе результатов.

Речевые упражнения в системах логопсихотерапевтических занятий с заикающимися строятся на основе общепринятых в логопедии методов с учетом возрастных особенностей пациентов.

Многие исследователи, изучавшие темпоритмические нарушения речи (в частности, заикание), отмечают важную роль изменений просодической стороны речи в структуре речевого нарушения (Маx L., Саrиsо А., 1997; Опslow М., еt аl., 1997). Исследователи указывают, что эти характеристики могут меняться под влиянием обучения.

По мнению М. Zеетап (1962), сознательное замедление темпа речи является основным принципом всех коррекционных мероприятий, несмотря на видимое их разнообразие. При замедлении речи у заикающихся устанавливается правильная согласованность дыхательных, голосовых и артикуляционных движений, в значительной мере уменьшается мышечная напряженность и судороги.

Статистический анализ различных лечебных программ, проведенный G. Апdrews еt аl. (1982, 1983), вполне согласуется с этим мнением. Авторы полагают, что наиболее благоприятные результаты дают те программы коррекции заикания, которые предусматривают обучение замедленной речи. Некоторые исследователи считают замедление темпа речи не только необходимым, но и достаточным лечебным воздействием (Р. А. Resick, Р. Wendiggensen, S. Аtes, V. Меуеr, 1975).

И.А. Поварова (2000, 2001, 2002) полагает, что нарушение темпоритмических параметров речи является одним из ведущих компонентов в структуре заикания, характеризуется полиморфностью, стойкостью и вариабельностью проявления. Особенности темпоритмических характеристик речи у заикающихся зависят от формы речи, степени выраженности нарушения и индивидуального психологического статуса и проявляются в изменении длительности структурных сегментов речевого сигнала и коэффициента их вариации. Динамика этих показателей позволяет прогнозировать результат логопедического воздействия и выбор методов коррекции.

Следует отметить, что неотъемлемой частью каждой логопедической методики коррекции заикания является работа над интонацией. Одни авторы считают необходимым уже с первых занятий воспитывать у заикающихся эмоциональную, выразительную речь. Этого подхода придерживается М. Zеетап (1962), который отрицательно относится к монотонной и монодинамичной речи.

А.Я. Ястребова (1962, 1999) предлагает направлять работу над интонацией на развитие умения вслушиваться в чужую речь и передавать в своей речи соответствующую интонацию. Выразительная речь требует от заикающегося умения владеть разным речевым темпом и модуляциями голоса. На начальных этапах коррекции обучающиеся затрудняются в переносе сформированного на занятиях навыка в условиях естественной коммуникации, поэтому необходим постепенный путь овладения заикающимися различным темпом речи.

Некоторые специалисты предлагают уделять внимание работе над интонацией в конце курса логопедических занятий (А.Г. Шембель, 1961), что противоречит целостному формированию функциональной системы речи в процессе логопедической работы.

Другие авторы рекомендуют заикающимся монотонную, монодинамичную речь, способствующую преодолению речевых судорог и обеспечивающую слитность речи. В этом случае трудно не согласиться с A. Liebmann (1901), который отмечал, что искусственная речь обращает на себя внимание окружающих может «ухудшить» речевое расстройство. Однако если рассматривать монотонность как средство, уменьшающее судороги, то, вероятно, необходимо применять ее на первом этапе логопедических занятий. На положительные свойства монотонности указывал еще И.А. Сикорский (1889). Автор установил, что монотонная речь лишена естественных повышений и понижений тона голоса. Такая речь принадлежит к числу средств, уменьшающих заикание весьма значительно, превращение естественной речи в монотонную упрощает речь и облегчает задачу артикулирования для заикающегося.

Противоречивы рекомендации по воспитанию темпа речи как заикающихся детей, так и взрослых.

Н.П. Тяпугин (1966) указывает на то, что лечение заикания в любом возрасте и в любом периоде начинается с перевоспитания речи заикающегося на основе обучения его несколько замедленной и плавной речи, которая имеет регулирующее значение. По мнению J. Вrаdу (1969), при некотором замедлении темпа речи судороги могут быть устранены практически у любого заикающегося. Эффективность приемов замедления речи отмечается также в работе Р. Rеsick (1975).

Однако существует и другое мнение относительно формирования темпа речи у заикающихся. Например, Л.Н. Мещерская (1982) считает, что все известные способы устранения заикания основаны на замедлении темпа речи. Неестественность замедленного темпа речи, боязнь насмешек со стороны окружающих являются причинами нарушения рекомендованного речевого режима, что приводит к рецидивам заикания. Автор предлагает проводить работу по преодолению заикания, формируя нормальный или близкий к нормальному темп речи.

Представляет интерес мнение отдельных авторов относительно тактики формирования темпа речи у заикающихся. Их рекомендации сводятся к тому, что после отработки речевых навыков при использовании замедленного темпа речи следует проводить работу по его ускорению. М. Zеетап (1962) указывал на то, что все лечебные упражнения при заикании основаны на едином принципе — сознательном изменении акцента и темпа речи в первом периоде лечения и постепенном переходе к нормальной речи.

Наиболее подробно настоящий подход к преодолению заикания у взрослых заикающихся описан в работе G. Апdrews, Р. Ноwie (1981). Первоначальное обучение осуществляется при скорости речи, равной 50 слогам в минуту, что составляет, по мнению авторов, примерно четвертую часть нормативного темпа и является оптимальной скоростью, при которой заикание проявляется редко. Затем постепенно (в течение недели) скорость речи заикающихся увеличивается до нормативной.

Т.Г. Визель (1997) полагает, что при всех видах работы по коррекции плавности фразовой речи ее темп должен быть нормальным и учитывать индивидуальные особенности скорости проговаривания. При этом автор отмечает необходимость постепенного усложнения ритмико-смысловой структуры отрабатываемых фраз в соответствии с лингвистическими закономерностями.

Л.З. Андронова (1993), принимая во внимание необходимость замедления скорости речи заикающихся, полагает, что ее нельзя навязывать насильственно. Поэтому на начальной стадии лечения она считает целесообразным введение послоговой речи с внешней опорой (ритмизация речи с движениями пальцев ведущей руки).

В ряде работ было показано, что аппаратурные воздействия, применяемые при коррекции заикания, влияют на скорость речи по-разному. Заглушение речи шумом незначительно влияет на временные характеристики речи заикающихся (О.В. Вессарт, 1983). Задержка акустической обратной связи приводит к значительному замедлению речи и значительному снижению числа запинок (Н.И. Жинкин, 1958; Ю.И. Кузьмин и др., 1991). Л.Я. Миссуловиным (1988) были определены показания к применению аппарата «АИР», основанного на использовании эффекта задержанной акустической обратной связи, и предложена методика коррекции темпа и ритма речи в курсе комплексного лечения заикания, уровень задержки сигнала определяется в каждом конкретном случае индивидуально.

И.В. Данилов и И.М. Черепанов (1970) исследовали влияние различных ритмов метронома на речь заикающихся и установили, что при «тонической форме заикания» максимальное увеличение скорости речи (на 83%) происходит при частоте 1 Гц (60 ударов метронома в минуту), а при «клонической форме заикания» — при частоте 2,17 Гц (130 уд./мин). По данным М.И. Лохова и Ю.А. Фесенко (2000) при смешанном типе заикания максимальная слитность речи достигается на частотах 1,3—1,5 Гц (80—90 уд./мин), что согласуется с данными других авторов (Demuth еt аl. 1981).

Л.З. Андронова, М.И. Лохов (1983) понимают заикание в соответствии с концепцией Н.П. Бехтеревой (1988) как устойчивое патологическое состояние. Ими разработан способ лечения заикания, который предусматривает дестабилизацию устойчивой патологической речевой системы путем фотофоностимуляции на фоне введения в субклинических дозах этимизола, формирование на этом фоне новых стабильных ритмически управляемых связей и использование нового функционального состояния мозга с целью усвоения логопедических (в частности, суггестивных) воздействий для формирования новой речевой системы. Частота фоностимуляции сочетается с частотой фотостимуляции, которую выбирают на основании данных ЭЭГ-реакции усвоения ритма данного больного.

Исследователи изучали воздействие ритмической фотостимуляции на речь заикающихся, которая значительно улучшалась на фоне фотостимуляции при низких частотах (1,2—2,3 Гц). Указанные данные были получены при исследовании взрослых заикающихся (Л.З. Андронова, М.И. Лохов, 1983; М. И. Лохов, 1994).

Искусственные управляющие связи, сформированные при сочетании световых и звуковых воздействий, поддерживаются при помощи портативных метрономов «Ритм» или «Темп». По утверждению авторов, использование метронома в кодовой частоте предохраняет речь от срывов и обеспечивает снижение числа рецидивов. В процессе овладения новыми речевыми стереотипами осуществляется развитие артикуляционного аппарата, овладение ритмизированной слоговой речью, релаксацией мышц тела и артикуляционного аппарата, устранение сопутствующих движений, освоение упражнений по психотренингу, включающему элементы аутогенной тренировки на фоне заданного ритма.

Некоторые исследователи отмечают, что введение простой метрономной обратной связи на определенной частоте, без сложной аппаратуры по анализу ЭЭГ-ритмов также дает значительный положительный эффект (Аrmsоп еt аl., 1997; Christenfeld, 1996).

Г.И. Ангушев (1974), изучая роль произвольного управления выполняемой деятельности, получил экспериментальные данные, указывающие на иерархию уровней саморегуляции. Автор указал, что различие между заикающимися и лицами без речевой патологии заключается в характере соотношения двух уровней регуляции: произвольного (сознательно контролируемого) и непроизвольного (бессознательно контролируемого). У заикающихся регуляция осуществляется с привлечением более высокого уровня, чем у здоровых. В результате этого затруднен процесс автоматизации деятельности, что обусловливает нестойкость сформированных в ходе коррекционно-педагогического процесса динамических стереотипов и требует проведения регулярных упражнений.

В процессе коррекции заикания ведущая роль принадлежит тренировкам, направленным на выработку нового стереотипа речеобразования. Работа проводится с использованием различных технических средств. В педагогической практике с 60-х годов XX века начал применяться метод биологической обратной связи (БОС). Метод БОС, базирующийся на основе механизмов саморегуляции организма, ведет к установлению в центральной нервной системе новых, необходимых для получения желаемого эффекта функциональных связей, закрепляемых в процессе обучения. С помощью этого метода заикающиеся получают возможность самостоятельно контролировать и регулировать отдельные параметры своих функций (дыхания, голосообразования и др.). БОС, основанная на преобразовании речевого сигнала в зрительный образ, эффективно применяется в процессе комплексной реабилитации заикающихся и оказывает положительное влияние на процесс речеобразования (Т.К. Королевская, 1996; О.С. Орлова, 2003; И.А. Поварова, 1995, 2003; А.А. Сметанкин, 1999, 2002 и др.).

Вопрос эффективности комплексного лечения заикания освещается в работах Г.А. Волковой (1983); Л.С. Волковой, С.Н. Шаховской (2002); Н.А. Власовой, К.П. Беккер (1983); В.Г. Казакова (1973); В.А. Ковшикова (1972); В.А. Куршева (1973); М.И. Лохова (1994, 2000); В.И. Селиверстова (2000); В.М. Шкловского (1967, 1994) и многих других исследованиях.

Неоднозначность взглядов исследователей на результаты лечения обусловлена различными подходами к определению оценок и критериев эффективности коррекции этого нарушения речи.

Эффективность коррекции заикания определяется рядом факторов:

• характером дефекта и степенью выраженности его симптоматики (речевых, моторных и нервно-психических особенностей);

• сроками начала коррекционного воздействия и его продолжительностью;

• адекватностью выбранных методик коррекционного воздействия, учетом возрастных и психологических особенностей обучающихся и др.; установкой на учение.

Высокая пластичность центральной нервной системы, выбор правильных средств и методов воздействия и другие факторы определяют в основном благоприятную перспективу процесса коррекции заикания.

Таким образом, в вопросах преодоления заикания исследователи до сих пор высказывают различные точки зрения, из которых, на наш взгляд, наиболее правильной представляется та, которая предусматривает комплексный медико-педагогический и психологический подход к проблеме реабилитации заикающихся.