Симптомы

Психиатрия все о шизофрении

14.07.2018

Больной шизофренией в семье – это всегда множество преград и сложностей, с которыми сталкивается семья. Семья и шизофрения становятся неразделимыми. Для кого-то больной шизофренией в семье становится обузой и его предоставляют самому себе. Кто-то сдает своих родственников в специализированные учреждения. А кто-то продолжает бороться, стараться и всячески помогать родным заболевшим шизофренией. Множество непонятных и пугающих симптомов отталкивают простых людей от больных шизофренией. В обществе сложились определенные стереотипы о неизлечимости и опасности таких больных. Так ли это на самом деле?

История развития и становления психиатрии, как науки пережило множество этапов. Из истории психиатрии мы знаем что психические заболевания связывались с мифами, объяснялись с точки зрения религии. В истории психиатрии неоднократно приводятся факты изоляции и уничтожения психически больных людей, которые признавались чрезвычайно опасными, и могли быть, например, запросто сожжены на костре, или заперты в темнице до конца жизни. Или вспомнить карательную психиатрию в России (СССР). Психиатрия в советские времена являлась мощным оружием по борьбе с диссидентами и другими политически неугодными системе людьми. Человек, прошедший через «карательную психиатрию» как правило, не менял своих политических взглядов, но «клеймо» на нем оставалось. Вокруг всего этого рождалось множество мифов, многие из них живы до сих пор. Сформированные веками стереотипы о психиатрах и самих психически больных людях создают некоторые проблемы в нынешнее время для полноценной помощи психически больным людям.

Необходимо создавать форумы, сообщества и специальные школы, направленные на улучшение информированности общества о психических заболеваниях, помощи психически больным людям. Объяснять людям, что болезнь шизофрения не смертельное заболевание, и так же как и все остальные поддается лечению.

Миф №1 Шизофрения самое тяжелое психическое расстройство.

Болезнь действительно загадочна, и не до конца исследована, сопровождается множеством продуктивных симптомов ( бред, галлюцинации) но это не дает права называть шизофрению самым тяжелым психическим заболеванием.

С середины 50-х годов XX века активно применяется психофармакотерапия в лечении душевных заболеваний. Благодаря внедрению лекарств, многие заведения практически полностью отказались от физических методов сдерживания больных. При многих клиниках существуют трудовые мастерские для реабилитации больных и возможности приобретения новых навыков, в связи с утратой предыдущих в результате заболевания.

Своевременно оказанная квалифицированная помощь дает возможность длительной ремиссии. Человек возвращается к привычной жизни, он может заниматься прежними делами, работой и семьей. У небольшой части пациентов будут наблюдаться легкие расстройства, но они не будут вести к ивалидизации человека и ухудшения его качества жизни. По мнению некоторых авторов, у 20-25% больных наблюдалось полное выздоровление после первого приступа болезни (Tsuang M. T., Winokur G., Chiompi L., Muller C., Bleuler M, Huber G., Westermeyer J. F., Harrow M.)

Миф №2 Основным признаком шизофрении является синдром раздвоения личности.

Раздвоение личности вовсе не означает, что внутри человека существует несколько разных личностей. Раздвоение личности при шизофрении означает, что происходит расщепление единых процессов психики. Например расщепление эмоций: проявление положительных и добрых чувств к человеку или животному в последствии сменяются немотивированной злобой и агрессией. Человек может сильно расстроиться при малозначительном событии, зато испытывать эмоциональную холодность при гибели близкого человека.

Миф № 3 Финал заболевания – шизофреническое слабоумие

Да, в действительности в некоторых клинических вариантах течения развивается шизофреническое слабоумие. Однако, при правильно подобранной и применяемой терапии в течение всей жизни, можно наблюдать отличные результаты. Среди пациентов можно встретить известных деятелей культуры, науки и простых людей которые прожили полноценную качественную жизнь, продолжая при этом работать.

Миф №4 Шизофрения опасна для окружающих

Действительно, не опасна ли шизофрения для окружающих?

Шизофрения это психическое заболевания которое не является заразным и не предается ни одним из возможных путей передачи заболеваний. Даже наследственная форма передачи шизофрении до сих пор не доказана. Случаи нападения больных шизофренией на людей достаточно редки, в отличие от случаев нападения на психически больных людей здоровыми.

Миф №5Шизофрения неизлечима

По некоторым статистическим данным у приблизительно 25 % переживших психотический приступ, повторных рецидивов не развивается либо развивается спустя долгие десятилетия, до которых многие больные просто не доживают. Лишь у небольшого процента больных шизофрения прогрессирует после первого эпизода. Однако, при своевременном выявлении болезни и ее лечении можно быстро снять острый психотический приступ и увеличить время ремиссии.

Миф №6 При шизофрении принимают таблетки и лежат в психиатрических больницах всю жизнь

В психиатрических больницах снимают острые состояния пациентов. Дальше больные находятся под патронажем родственников и реабилитация происходит либо дома, либо в специализированных реабилитационных центрах для больных.

Да, при шизофрении нужно принимать таблетки, это необходимо. Дозировка подбирается совместно с врачом, для получения максимального эффекта от препарата, и при этом, отсутствия побочных явлений. Все дальнейшие изменения в терапии согласуются строго с лечащим врачом. Психотерапия является неотъемлемой частью лечения больных шизофренией.

Мифы о шизофрении значительно усложняют жизнь больных. Страдают их семьи и они сами. Существует явление самостигматизации, когда человек, узнав, что болен шизофренией «ставит на себе крест» и может попытаться совершить суицид. Разрушение подобных деструктивных мифов будет способствовать принятию обществом и семьей тех людей, что в общем-то, являются обычными, только, в отличие от здоровых, испытывают дополнительные страдания.

psihiatrov.net

Интересные факты о шизофрении

10 октября отмечается Всемирный день шизофрении. Цель этого события — рассказать каждому человеку о данном психическом расстройстве и поддержать тех, кто уже от него пострадал. От этой болезни никто не застрахован. Существуют распространенные причины психических заболеваний, узнав которые, вы сможете отгородить себя от расстройства. Как распознать первые симптомы шизофрении? Кто наиболее ей подвержен? Зная это, вы сможете предотвратить развитие болезни у дорогого вам человека и избежать тяжких последствий. Вашему вниманию представляются 10 фактов о шизофрении.

10. Наивысшие рейтинги

Лидером среди стран по количеству людей, больных шизофренией, является США. Зафиксировано около 2.7 миллионов людей, страдающих от этого расстройства. Большая часть пострадавших — выходцы из Вайоминга и Северной Дакоты. К сожалению, близлежащая Канада принимает эстафету. Число больных в Канаде достигло 280 000 человек.

9. Раздвоение личности?

Многие люди принимают шизофрению за раздвоение личности и шарахаются от больных, как от бомбы замедленного действия. Но на самом деле, больные шизофренией не опасны для других людей, они представляют опасность для самих себя из-за появления суицидальных наклонностей.

Наибольший процент заболевших шизофренией принадлежит близнецам и составляет примерно 46%. То же самое касается детей, у родителей которых наблюдалось это расстройство. У около 75% людей с данным диагнозом болезнь развивалась в возрасте от 16 до 25 лет.

Нарушение мышления, галлюцинации, расстройство движений и бред — общие признаки шизофрении. Что же происходит с пострадавшим? Он попросту не может отличить реальность от галлюцинаций. Однако, иногда симптомы болезни нельзя распознать сразу. Но когда расстройство выйдет из-под контроля, вы немедленно определите его.

Симптомы шизофрении и поведение наркомана часто схожи, потому что многие наркотики способствуют её развитию.

5. Но как же тогда распознать шизофрению?

В первую очередь, пострадавшие не могут сфокусировать взгляд и сконцентрироваться. Они с трудом воспринимают очевидную информацию, зачастую сильно обеспокоены чем-то и не могут уследить за нитью разговора. Больные отличаются частыми перепадами настроения и низкой работоспособностью.

4. Возрастная категория

Независимо от достатка, наибольший процент больных шизофренией остаётся за людьми в возрасте от 15 до 35 лет. Наиболее подвержены расстройству молодые и одинокие, а также женщины, достигшие тридцати лет, и в особенности мужчины от 15 до 40. Болезнь может зародиться в возрасте 10 лет, но начать прогрессировать позже. Чаще всего свой пик болезнь достигает в 16-25 лет.

3. Шизофрения или трудный характер?

Чем же опасны скрытые признаки? Их трудно диагностировать. Мы принимаем симптомы шизофрении за особенности характера и позволяем болезни свободно прогрессировать. Нелюдимость, пассивность, сварливость или экстравагантная реакция могут являться предупредительными сигналами наличия расстройства, а не чужой стервозностью.

2. Реально ли вылечить шизофрению?

Даже если болезнь находится в запущенном состоянии, человека можно вылечить. Что же нужно для излечения? Желание людей помочь больному и их понимание шизофрении, а также настрой самого пострадавшего. Достижения в медицине позволяют вылечить шизофрению. Множество учреждений специализируются на лечении шизофрении и подобных ей болезней.

1. Так откуда корни растут?

Шизофрения — результат нарушения биохимических процессов. Пострадавшие от расстройства люди не могут осознать свою проблему из-за нарушения работы мозга. Дофамин, нейромедиатор, вырабатываемый в мозге животных и людей, отличается у заболевших шизофренией и видоизменяет сознание и поведение человека.

Рекомендуем посмотреть:

Все подробности о шизофрении, как распознать шизофрению?

batop.ru

Легенды о шизофрении

1. Составленное психиатрами «Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам» (DSM) в настоящее время содержит 374 расстройства, которые настолько субъективны, что позволяют навесить ярлык «психически больного» на любого человека, а также применять к нему препараты.

2. Психиатры не смогли договориться о том, что такое «шизофрения», они договорились лишь о названии.

3. «Шизофрения», «биполярный» и все другие психиатрические ярлыки служат только одной цели: принести психиатрии миллионы за счёт страховых выплат, правительственных фондов и доходов от продажи препаратов.

4. «Вероятно нет худшего термина, чем “душевное расстройство”, для описания тех состояний, что приведены в руководстве DSM-IV», – Аллен Дж. Френсис, профессор психиатрии и председатель комитета по разработке DSM-IV.

Вкачестве замены психическому излечению Американская психиатрическая ассоциация разработала «Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам» (DSM), в четвертом издании которого перечисляются 374 предполагаемые психические расстройства. Его диагностические критерии настолько размыты, субъективны и всеобъемлющи, что, вероятно, не найдётся сегодня человека, на которого, основываясь на этих стандартах, нельзя было бы навесить ярлык «душевнобольной». Конечно, это даёт психиатрам гораздо больше работы в области психического «нездоровья».

Между тем, психиатры не только соглашаются с тем, что у них нет никакого представления о причинах этих предполагаемых «болезней» – у них нет действительных научных доказательств даже того, что они вообще существуют как отдельные физические заболевания.

Заслуженный профессор психиатрии Томас Сац говорит: «Основное назначение и цель DSM – придать правдоподобие утверждению о том, что некоторые виды поведения, точнее, виды неправильного поведения, являются душевными расстройствами, и, следовательно, медицинскими болезнями. В таком случае, патологическая страсть к азартным играм имеет тот же статус, что и инфаркт миокарда».

Пациентов предают, когда им говорят, что их эмоциональные проблемы имеют генетические или биологические причины. Эллиот Валленштейн, доктор философии, говорит, что «пациентов можно успокоить, сказав им, что у них «физическое заболевание», и они могут пассивно относиться к собственному выздоровлению, становясь полностью зависимыми от применяемого физического лечения».

Психиатры не могут дать определение шизофрении

Психиатры буквально определяют голосованием, что является психическим расстройством или заболеванием, поднимая руки на конференции. Это объясняет, почему они не могут научно объяснить, что они лечат. В DSM-II они открыто заявляют: «Даже если комитет [Американской психиатрической ассоциации] и предпринимал такие попытки, он не смог прийти к согласию по поводу того, чем же является это расстройство; было достигнуто согласие лишь о том, как его назвать».

Аллен Френсис, профессор психиатрии медицинского центра университета Дьюка и председатель комитета по разработке DSM-IV, признал: «Вероятно нет худшего термина, чем “душевное расстройство”, для описания тех состояний, что приведены в руководстве DSM-IV». В самом DSM-IV сказано, что термин «душевное расстройство» используется в книге, «потому что мы не нашли ему подходящей замены».

Профессор Сац говорит: «Шизофрении дано столь расплывчатое определение, что в действительности этот термин часто применяется почти к любому виду поведения, которое не нравится окружающим».

Помимо шизофрении существует целый ряд других состояний или типов поведения, которые психиатры определили как болезни, и, используя которые, они зарабатывают миллионы долларов за счёт страховых выплат, правительственных фондов и доходов от продажи препаратов.

Психиатрия делает «голословные утверждения о том, что депрессия, биполярное расстройство, беспокойство, алкоголизм и множество других расстройств являются по своей природе биологическими и, возможно, генетическими… Этот вид веры в науку и прогресс поражает, не говоря о том, что он наивен и напоминает самообман», – говорит психиатр Дэвид Кайзер.

Биполярное расстройство предположительно характеризуется сменяющимися состояниями депрессии и мании, таким образом, имеются как бы «два полюса». В январе 2002 г. «Медицинский журнал» сообщил: «Этиология и патофизиология (функциональные изменения) биполярного расстройства не определены, и нет объективных биологических признаков, которые давали бы возможность однозначно определить эту болезнь». Также нет никаких генов, «по которым можно однозначно распознать» биполярное расстройство.

Крэйг Ньюнис, начальник отделения психотерапии Службы общественного и психического здоровья в Шропшире, Англия, поведал историю о трёх психиатрах, которые сказали одной отважной пожилой женщине о том, что у её внука биполярное расстройство, вызванное «биохимическим дисбалансом мозга». Тихим, но твёрдым голосом она спросила, какие у них есть доказательства того, что у него что-то не так с мозгом. Они сказали, что его настроение и поведение указывают на серьёзную проблему. Она спросила, как они узнали, что это вызвано химическими процессами в мозге. Её внука быстро перевели в отдел, где лечили с помощью общения, а не лекарственных препаратов. «Вообразите подобную ситуацию в онкологии: вам говорят, что вы выглядите так, будто у вас рак, при этом не делают никаких анализов, и говорят, что проведут вам парочку операций, потом курс лучевой терапии и лечения препаратами, от которых у вас выпадут волосы. Эта идея абсурдна. Если в следующий раз вам скажут, что психиатрическое «расстройство» возникло из-за биохимического дисбаланса мозга, попросите их показать результаты анализов», – говорит Ньюнис.

Продолжая использовать ложную аналогию с медициной, психиатры сегодня обычно утверждают, что депрессия также является «болезнью, подобной пороку сердца или астме».

В руководстве DSM сказано, что для постановки диагноза «депрессия» должны проявиться пять из девяти признаков, в частности такие как глубокая печаль, апатия, утомлённость, беспокойность, нарушение сна, нестабильный аппетит. Даже сами психиатры озабочены такими попытками «назвать болезнью то, что выглядит, как обычные взлёты и падения в жизни».

Доктор Гарвардской медицинской школы Джозеф Гленмуллен говорит: «. Симптомы [депрессии] представляют собой субъективные эмоциональные состояния, что делает диагностику крайне затруднительной».

Гленмуллен утверждает, что шкалы, основанные на количестве внешних признаков для определения наличия депрессии у людей, «составлены таким образом, что эти внешние признаки депрессии совпадают с проявлениями, которые вызывает приём препаратов (в особенности антидепрессантов), усиливающих физические симптомы депрессии… Хотя приписывание какого-то числа (признаков) депрессии пациента может выглядеть «научным», при рассмотрении этого вопроса и используемых шкал становится очевидным, что всё это крайне субъективная оценка, основанная на том, что говорит пациент, или на впечатлениях людей, у которых по какой-то причине пациент вызывает недовольство».

Дэвид Хили, психиатр и директор Департамента психологической медицины Северного Уэльса, сообщает: «Сообщество клинических врачей все больше озабочено тем, что нейронаучные разработки не только не приносят никаких новых данных о природе психиатрических расстройств, но фактически они мешают клиническим исследованиям. »

Профессор Сац отмечает: «Если бы обнаружилось, что шизофрения, к примеру, имеет биохимическое происхождение и соответствующее ему лечение, она больше не была бы одной из болезней, из-за которой человека можно было насильственно подвергнуть лечению. На самом деле, в этом случае её должны были бы лечить неврологи, а психиатры имели бы к ней такое же отношение, какое они имеют к глиобластоме [злокачественной опухоли], болезни Паркинсона и другим заболеваниям мозга».

«Всё большему и большему числу проблем даётся определение «расстройство» или «болезнь», предположительными причинами которых являются генетическая предрасположенность и биохимический дисбаланс. События в жизни низводятся до уровня, когда их рассмтривают как пусковой механизм биолгической бомбы с часовым механизмом. Состояние глубокой грусти стало называться «депрессивным расстройством». Человек слишком много волнуется – это «расстройство беспокойства». Составлять перечни типов поведения, прикреплять ярлыки, похожие на медицинские термины, людям, проявляющим такое поведение, а затем использовать наличие такого поведения как доказательство «данной болезни» с научной точки зрения бессмысленно». – Джон Рид, старший преподаватель психологии Оклендского университета, Новая Зеландия, 2004 г.

Краеугольный камень психиатрической модели болезни на данный момент – это теория о том, что химический дисбаланс мозга вызывает психическое заболевание. Хотя эта идея приобрела известность благодаря повсеместному ее продвижению, она представляет собой не более, чем принятие психиатрами желаемого за действительное. Как и в случае со всеми психиатрическими моделями болезней, она была полностью опровергнута исследователями.

Доктор Валленштейн однозначно заявляет: «Не существует доступных тестов для оценки химического состояния мозга живого человека». И ещё: никаких «биохимических, анатомических или функциональных признаков, по которым можно было бы безошибочно распознать мозг психически больного, не обнаружено».

Доктор Колберт говорит: «Мы знаем, что модель, согласно которой психическое заболевание вызывается химическим дисбалансом, никогда не была научно доказана. Мы также знаем, что все обоснованные доказательства указывают на то, что применение психиатрических препаратов ухудшает способности человека. Более того, мы также знаем, что исследования на предмет эффективности препаратов не являются надёжными, потому что во время испытаний препаратов измеряют лишь эффективность ослабления симптомов, а не излечения болезни».

В 2002 г. профессор Томас Сац заявил: «Нет никаких анализов крови или каких-либо других биологических анализов, которые подтверждали бы наличие или отсутствие психической болезни, в отличие от большинства болезней тела. Если бы такие анализы были разработаны (для того, что ранее считалось психиатрической болезнью), в этом случае болезненное состояние больше не было бы душевной болезнью, оно было бы отнесено к болезням организма».

В своей книге «Полное руководство по психиатрическим препаратам», вышедшей в 2000 г., доктор медицины Эдвард Драммонд, помощник медицинского директора Центра психического здоровья в Портсмуте, штат Нью-Гемпшир, утверждает: «Во-первых, нет никаких доказательств биологической этиологии [причины] ни одного психиатрического расстройства… несмотря на десятилетия исследований… Поэтому не верьте мифу о том, что мы можем поставить «точный диагноз»… Вам также не следует верить, что ваши проблемы вызваны исключительно «химическим дисбалансом»».

В статье, опубликованной в мае 2004 г. в американской газете «Меркьюри Ньюс», содержится предупреждение о том, что сканирование мозга также не может определить «душевную болезнь»: «Многие врачи предостерегают от использования в качестве инструмента диагностики изображения [мозга], полученные с использованием гамматомографии. Они говорят, что использовать гамматомографию для определения эмоциональных, психических проблем и проблем поведения пациентов неэтично и потенциально опасно. По их словам исследование стоимостью 2 500 долларов не даёт никакой полезной или точной информации».

В статье «Меркьюри Ньюс» был процитирован психиатр М. Дуглас Мар, который сказал: «Нет никаких научных оснований для этих утверждений [об использовании сканирования мозга для психиатрической диагностики]. Как минимум, пациентам необходимо сообщать, что интерпретация показаний, полученных с использованием гамматомографии, является крайне спорной».

«Точная диагностика, основанная на сканировании, просто невозможна», – признал доктор Майкл Д. Деву из Центра радиационной медицины при университете Техасского юго-западного медицинского центра.

В то время, как нет недостатка в объяснениях психиатрических болезней биохимическими причинами, Джозеф Гленмуллен высказался со всей определенностью: «…Ни одно из них не было доказано. Совсем наоборот. Всякий раз, когда возникало предположение, что обнаружен такой дисбаланс, позднее оказывалось, что это не так».

Согласно Валленштейну, «эти теории продолжают использовать не только потому, что их нечем заменить, а еще и потому, что они способствуют продвижению лечения психиатрическими препаратами».

Никакое рентгеновское исследование, анализ крови или сканирование мозга не может выявить наличие так называемой душевной болезни. И допущение о том, что проблемы психики вызваны «биохимическим дисбалансом мозга», не подкреплено никакими научными доказательствами.

1. «Шизофрении» не соответствует ни одно физиологическое отклонение и, следовательно, это не болезнь.

2. У первых пациентов, которым был поставлен диагноз «шизофрения», позднее был обнаружен вирус, вызывавший воспаление мозга, выражавшееся в странном поведении.

3. Нейролептические (успокаивающие) препараты, используемые для лечения шизофрении, наносят вред нервной системе, что приводит к постоянному ухудшению здоровья и даже смерти.

4. Исследования лечения шизофрении показывают, что в бедных странах, где нейролептики использовались реже, чем в странах с высоким уровнем жизни, процент вылеченных пациентов гораздо выше.

5. Исследования показали, что побочным эффектом приёма психиатрических препаратов и отвыкания от них является невероятная жестокость тех, кто их принимал, и это подтверждено документально.

Большинство людей считают, что основная функция психиатрии – лечение пациентов с тяжёлыми, несущими угрозу жизни психическими расстройствами. Наиболее часто упоминается расстройство, впервые названное dementia praecox (деменция) немецким психиатром Эмилем Крепелином в конце XIX века. Позже, в 1908 г., швейцарский психиатр Юген Блюэр дал ей название «шизофрения».

Психиатр Е. Фуллер Торри отметил, что «Крепелин сказал последнее слово в медицине о нерациональном поведении, назвав его и классифицировав. Нерациональное поведение теперь могло быть с полным правом отнесено к медицине, потому что теперь у него есть названия. Его система классификации продолжает доминировать в психиатрии вплоть до настоящего момента, но не по причине того, что она доказала свою ценность… а потому, что она стала входным билетом нерационального поведения в медицину».

Однако Роберт Уайтэкер, автор книги «Сумасшедший в Америке», полагает, что пациенты, которым Крепелин поставил диагноз dementia praecox, на самом деле страдали от вируса encephalitis lethargica (воспаление мозга, вызывающее апатичность), который не был известен в то время. «У этих пациентов была странная походка, и они страдали от судорожных сокращений лица, мышечных спазмов и внезапных приступов сонливости. Их зрачки реагировали на свет замедленно. У них также текла слюна, были трудности с глотанием, их мучили хронические запоры, и они были неспособны довести до конца сознательные физические действия».

Психиатры никогда не пересматривали взгляды Крепелина, иначе бы они увидели, что шизофрения – это просто физическая проблема, которая не была диагностирована и которую не лечили. «Шизофрения имела слишком большое значение для обеспечения статуса психиатрии как полноправного раздела медицины…Физические симптомы болезни были преспокойно «сброшены со счетов»…То, что оставалось в качестве главных отличительных признаков, было психическими симптомами: галлюцинации, мании и странные мысли», – говорит Уайтэкер.

Психиатры продолжают называть шизофрению психической болезнью, несмотря на то, что после ста лет исследований не найдено ни одного объективного доказательства того, что она существует как физическое отклонение в мозге.

Контроль при помощи наркотиков

Нейролептики (успокаивающие препараты), также известные как «антипсихотики», предписываемые от «шизофрении», изначально были разработаны во Франции для «затормаживания нервной системы во время операций». Психиатры очень быстро сообразили, что нейролептики вызывают болезнь Паркинсона и симптомы encephalitis lethargica, ту самую проблему, которой Крепелин дал неправильное объяснение и которую он назвал dementia praecox.

Лекарства наносят ущерб экстрапирамидальной системе (ЭПС), обширной сложной сети из нервных волокон, контролирующей моторные функции, вследствие чего мышцы теряют эластичность, появляются спазмы и различные непроизвольные движения.

Вызываемый препаратами побочный эффект tardive dyskinesia (tardive означает «поздний», dyskinesia – «аномальное движение мышц») характеризуется хроническим ослаблением способности совершать сознательные казу: «Формирование общественного мнения, конечно же, сыграло важнейшую роль в том, что нейролептики стали считаться безопасными антишизофреническими препаратами для душевнобольных».

Но результаты независимых исследований заставляют сомневаться в правдивости этой информации. После восьми лет исследований Всемирная организация здравоохранения обнаружила, что пациенты из трёх экономически отсталых государств – «Индии, Нигерии и Колумбии – шли на поправку значительно лучше, чем пациенты в Соединённых Штатах и четырёх других развитых странах». Более того, через пять лет «у 64% пациентов из бедных стран больше не было симптомов болезни и они чувствовали себя хорошо». Для сравнения, только 18% пациентов из развитых стран начинали поправляться.

Западные психиатры аргументировали это тем, что у людей из бедных стран вообще не было шизофрении. Однако второе исследование этой области с использованием тех же критериев диагностики привели к такому же заключению. В то время как только 16% пациентов лечились нейролептиками в бедных странах, в развитых странах эта цифра достигала 61%. Низкая эфективность лечения в западных странах явно связана с использованием нейролептиков. Опыт развитых стран также свидетельствует о том, что рецидивы у пациентов, не принимавших лекарств, случались реже по сравнению с теми, кто их принимал.

Но только в 1985 г. и только после нескольких нашумевших судебных процессов, в ходе которых было обнаружено, что «психиатры и психиатрические учреждения не предупреждали своих пациентов о риске, связанным с приёмом психиатрических препаратов, в результате чего в одном из случаев был нанесён ущерб в размере более 3 млн. долларов», Американская психиатрическая ассоциация вынуждена была издать официальное письмо своим членам, в котором предупреждала об опасности применения таких препаратов.

Причина такого длительного молчания никак не связана с медицинской практикой. Ведь только начальное инвестирование в производство хлорпромазина (нейролептик) в 1954 году составило 350 000 долларов. К 1970 году он приносил 116 млн. долларов прибыли в год.

По словам Уайтэкера, общественность всё больше узнаёт о том, что нейролептики «часто наносят необратимый вред мозгу, а это создаёт для психиатров угрозу того, что столь выгодное для них дельце будет прикрыто». В ответ на это в 90-х годах ХХ века начинают применяться новые «атипичные» (нетипичные; оказывающие меньшее воздействие на ЭПС) препараты для лечения шизофрении, что сопровождается обещаниями меньших побочных эффектов.

Однако, у этих препаратов на самом деле даже более серьёзные побочные эффекты: слепота, образование тромбов, грозящих смертью, сердечная аритмия, симптомы теплового удара, распухание и выделения из молочных желез, импотенция или дисфункция половых органов, заболевания крови, болезненные высыпания на коже, припадки, рождение детей с физическими отклонениями, очень сильная обеспокоенность и нервозность.

В результате тестирования одного из таких препаратов в 60-х годах было обнаружено, что он вызывает припадки, сильную заторможенность, чрезмерное слюноотделение, запоры, недержание мочи, избыточный вес, остановку дыхания, сердечные приступы, а в редких случаях внезапную смерть. Когда в 70-х годах этот препарат появился в Европе, его изъяли из употребления, так как обнаружилось, что у 2% пациентов он вызывает алейкию (ослабление белых кровяных клеток, что может привести к смерти).

20 мая 2003 года газета «Нью-Йорк Таймс» сообщила, что атипичные препараты могут стать причиной диабета, «а в некоторых случаях вызывают смерть». Доктор Джозеф Деву-Гейс, профессор психиатрии университета Дюка, отметил, что этот диабет «очень похож на то, что 25 лет назад называли дискинезией».

В мае 2003 года исследование применения атипичных препаратов, проведённое в 17 госпиталях, обслуживающих ветеранов, показало, что стоимость использования одного антипсихотического препарата (по сравнению с использованием других лекарств) увеличивала содержание одного пациента на 3 000 – 9 000 долларов без какого-либо улучшения симптомов, облегчения побочных эффектов, выглядящих, как болезнь Паркинсона, или общего улучшения состояния пациента.

В 2000 году общая сумма годовых продаж антипсихоти- ков в США составила 4 млрд. долларов. К 2003 году эта цифра достигла 8,1 млрд. долларов. Во всём мире продажи достигли 12 млрд. долларов.

Сегодня психиатрия крепко держится за антипсихотики как средство лечения шизофрении, несмотря на подтверждённую опасность их применения. Исследования показывают: когда пациенты прекращают приём атипичных препаратов, они идут на поправку.

Жестокость, порождаемая психиатрическими препаратами

«Вряд ли общественность могла подозревать, что безумца из ночных кошмаров, убивающего без предупреждения и без какой-либо видимой причины, не всегда толкали на это его злые намерения. Причиной его поступков чаще оказывались популярные препараты».

– Роберт Уайтэкер, автор книги «Сумасшедший в Америке: отсутствие науки, медицины и результатов в лечении душевнобольных», 2002 г.

Психиатры возлагают вину за жестокие преступления на пациентов, которые прекратили своё лечение, хотя сами пси- хиатры знают, что крайняя жестокость является подтверждённым побочным эффектом как приёма психиатрических препаратов, так и отвыкания от них.

20 июня 2001 года мать и домохозяйка из Техаса, Андреа Ятис утопила в ванной своих пятерых детей в возрасте от 6 месяцев до 7 лет. В течение многих лет 37-летняя миссис Ятис много раз лежала в психиатрических больницах, она принимала выписанные ей психиатрические препараты, и у неё случались попытки самоубийства. 12 марта 2002 года присяжные отвергли её защиту как душевнобольной и признали её виновной в преднамеренном убийстве.

Для юристов и СМИ эта история завершилась, и дело было закрыто. Но нетрудно предугадать объяснения психиатров: миссис Ятис страдала от тяжёлого психического заболевания, которое «с трудом поддавалось лечению», или она «не получила надлежащего лечения её психического состояния».

Не удовлетворившись этим, техасское отделение ГКПЧ провело независимую медицинскую оценку истории болезни миссис Ятис. Научный консультант Эдвард Г. Израйлсон, доктор философии, изучил ее историю болезни и сообщил, что коктейль из препаратов, назначенный миссис Ятис, вызвал непреднамеренную интоксикацию. Он сказал, что «передозировка» одного антидепрессанта и «неожиданно высокие дозы» другого «ухудшили её состояние». Это «привело к убийству».

Обширное исследование Роберта Уайтэкера показало, что антипсихотические препараты временно приглушают психоз, но после длительного применения делают пациентов биологически более склонными к психозу. Второй парадоксальный эффект, проявляющийся при приёме более сильнодействующих нейролептиков, является побочным эффектом, названным «акатизия» (a — «без»; kathisia – «сидеть»; «неспособность спокойно сидеть»). Этот побочный эффект связан с агрессивным, жестоким поведением.

Исследования, проведённые в 1990 году, показали, что 50% всех случаев буйного поведения в психиатрических больницах могут быть связаны с акатизией. Пациенты говорят о том, что у них возникает «очень сильное желание наброситься на всех, кто находится рядом».

В докладе английских исследователей, проведенном в 1998 году, отмечается, что по крайней мере 5% пациентов, принимающих антидепрессанты типа селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (СИОЗС), страдают от «общеизвестных» побочных эффектов, таких как возбуждённость, беспокойство и нервозность. Около 5% обнаруженных побочных эффектов включают агрессивность, галлюцинации, недомогание и деперсонализацию.

В 1995 году девять австралийских психиатров сообщили, что пациенты поранили себя или «зациклились» на жестокости во время приёма антидепрессантов серии СИОЗС. «Я не хотел умирать, мне просто казалось, будто я рвал свою плоть на куски», – сказал психиатрам один пациент.

В 1996 году Национальный центр широко распространенных лекарственных препаратов в Новой Зеландии выпустил доклад о серьезных последствиях отвыкания от лекарств, в котором сообщил, что отказ от приёма психоактивных препаратов может вызвать: 1) эффекты «отдачи», которые вызывают обострение предшествующих симптомов «болезни», и 2) новые симптомы, не связанные с болезненным состоянием пациента, которых у него раньше не было.

Доктор Джон Заджека сообщил в «Журнале клинической психиатрии», что возбуждённость и раздражительность пациентов, которые пытаются отказаться от приёма одного СИОЗС, может вызвать «агрессивность и склонность к суициду».

В британском медицинском журнале «Ланцет» доктор Микки Блок сообщил, что пациенты становились склонными к самоубийству и убийству других людей после прекращения приёма антидепрессантов, а у одного из них были мысли навредить «своим собственным детям».

25 мая 2001 года судья Верховного Суда Нового Южного Уэльса, Австралия, Барри О’Кифи возложил ответственность на антидепрессант за то, что мирный, законопослушный человек Дэвид Хокинс жестоко убил свою жену. «Если бы Хокинс не принимал антидепрессант, – сказал судья, – совершенно очевидно, что миссис Хокинс была бы жива. »

В июне 2001 года присяжные в штате Вайоминг присудили 8 млн. долларов родственникам Дональда Шелла, который после приёма антидепрессанта схватил оружие и стал стрелять в людей. Присяжные постановили, что 80% ответственности за эти смерти, лежат на психиатрах, прописавших этот препарат.

1) Дэвид Хокинс, 74 года, за которым ранее не числилось случаев насилия, убил свою жену, в то время, когда принимал антидепресант. Судья частично возложил ответственность на препарат.

2) В 2001 году Андреа Ятис наполнила ванну и утопила в ней своих пятерых детей. Медицинские эксперты утверждают, что на это убийство её толкнули чрезмерные дозы определённых психиатрических препаратов.

3) Кип Кинкель, 14 лет, убил двоих человек и ранил 22, открыв стрельбу в орегонской школе в 1998 году. Он тоже принимал психиатрические препараты.

1 . Психическое здоровье – вот что было бы неоспоримым результатом эффективного психического лечения.

2. В то время, как существуют медицинские средства для лечения физических болезней, не существует психиатрических средств для лечения душевных расстройств.

3. Общеизвестным медицинским фактом является то, что нераспознанные физические заболевания или травмы могут вызвать эмоциональные проблемы.

4. Несколько исследований показали, что люди с диагнозом «психическая болезнь» на самом деле страдали от физического заболевания.

5. Настоящее разрешение многих психических проблем начинается с тщательного обследования физического состояния пациента, проведенного компетентным врачом, который не является психиатром.

Случай с Джоном Нэшем определённо демонстрирует, что он желал своего выздоровления. Зачем выдумывать голливудскую историю о его жизни, когда правда, состоящая в том, что он смог избавиться от своих «демонов» без лекарственных препаратов, гораздо необычнее?

Психиатры утверждают, что психическое здоровье также важно, как и физическое. Продолжая эту аналогию, можно предположить, что результатом эффективного психического лечения должно быть психическое здоровье подобно тому, как физическое здоровье является результатом эффективного физического лечения.

Рассмотрим следующие базовые критерии для создания психического здоровья:

1. Эффективная технология психического излечения, которая делает лучше и сильнее отдельных людей и общество в целом, восстанавливая силу личности человека, его способности, компетентность, уверенность, стабильность, ответственность и душевное здоровье.

2. Хорошо обученные высокоморальные врачипрактики, единственной целью которых является выздоровление пациентов и благополучие семей этих пациентов, – врачи, которые могут выполнить обещанное и делают это.

3. Душевная помощь, которая оказывается пациенту в атмосфере терпимости, безопасности и уважения к правам и потребностям людей.

От простого гражданина до руководителя государства большинство убеждено в том, что именно так и обстоят дела в сфере лечения психического здоровья. Однако жестокая реальность состоит в том, что между физическим и душевным лечением нельзя провести никакой аналогии, когда мы сравниваем результаты физического лечения и того, что под влиянием психиатрии сегодня принимается за психическое лечение. Говоря простыми словами, медицинские средства лечения существуют, чего не скажешь о психиатрических.

Сегодня в области психиатрии не существует методов психического излечения. С точки зрения логики это значит, что психиатрия не улучшает психическое здоровье человека.

Очень важно знать, что для душевнобольных людей существует множество действенных и гуманных медицинских программ, не основанных на психиатрических методах. Проект доктора Лорена Мошера в пансионате «Сотерия» и программа доктора Джорджио Антонуччи в Италии (о которой рассказано далее) более успешны, чем психиатрическое лечение, для которого характерны бесчеловечное отношение к пациентам и постоянное пичкание их лекарствами. Кроме того, эти альтернативные программы доступны по гораздо более низкой цене. Эти и ряд других сходных программ свидетельствуют о существовании как настоящих ответов, так и надежды для душевнобольных людей.

Общеизвестным медицинским фактом является то, что нераспознанные физические заболевания или травмы могут вызвать эмоциональные проблемы. Доктор Уильям Крук в своей книге «Обнаружение ваших скрытых аллергий» говорит, что тем, у кого проявляется раздражительность, депрессия, гиперактивность, усталость и встревоженность, необходимо немедленно пройти полное медицинское обследование и полную проверку на предмет наличия пищевой аллергии, которая может вызвать именно такие изменения в психике человека.

В результате одного из исследований был сделан вывод, что у 83% людей, направленных клиниками и социальными работниками на психиатрическое лечение, были нераспознанные физические заболевания; во время другого исследования у 42% пациентов, которым поставили диагноз «психоз», позднее были найдены медицинские болезни.

Несколько болезней по внешним проявлениям близки к шизофрении, что вводит в заблуждение и пациента, и врача. Доктор А. А. Рейд перечисляет 21 такое заболевание, начиная со всё более распространенного «временного психоза, вызванного амфетаминами». Доктор Рейд объясняет, что вызываемый препаратами психоз сопровождается манией преследования, галлюцинациями и «такого рода психоз часто неотличим от острой или параноидальной шизофрении».

Миссис Дж., которой поставили диагноз «шизофрения» после того, как она начала слышать голоса, дошла до такого состояния, что перестала говорить и не могла без посторонней помощи умываться, принимать пищу и ходить в туалет. Тщательный медосмотр показал, что она не усваивала надлежащим образом глюкозу, которая необходима мозгу как источник энергии. После курса лечения она преобразилась. Она полностью выздоровела, и ее предыдущее психическое «заболевание» исчезло бесследно.

51-летней Энн Гейтс, матери пятерых детей, были прописаны антидепрессанты от биполярного расстройства после того, как у нее начались регулярные эмоциональные проблемы. У нее появились мысли о самоубийстве. Однако после того как ее обследовали гинекологи, было обнаружено, что у нее в действительности была менопауза и она нуждалась в эстрогене. Гипогликемия (ненормальное уменьшение сахара в крови), аллергии, чувствительность к кофеину, проблемы со щитовидной железой, дефицит витамина В и излишнее содержание меди в теле могут также вызвать проявления «биполярного расстройства».

Доктор Томас Дорман говорит: «…Пожалуйста, помните, что большинство людей страдает от органических заболеваний. Клинические врачи должны прежде всего помнить о том, что эмоциональный стресс, связанный с хронической болезнью или болезненным состоянием, может изменить характер пациента».

В перечне пожеланий для реформы в области психического здоровья автор книги «Сумасшедший в Америке» Роберт Уайтэкер пишет: «На первом месте в этом перечне находится простой призыв к честности. Прекратите говорить тем, кому поставили диагноз «шизофрения», что они страдают от избытка допамина или серотонина и что препараты восстановят баланс этих химических составляющих мозга. Вся эта болтовня является формой медицинского мошенничества, и невозможно представить пациентов любой другой группы – скажем, больных раком или пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями, – которых бы обманывали подобным образом».

Настоящее разрешение многих психических проблем начинается не с перечня симптомов, а с тщательного осмотра компетентным врачом, который не является психиатром.

Методы психического лечения должны оцениваться с точки зрения того, в какой степени они улучшают человека и делают его сильнее, увеличивают его ответственность и душевное здоровье, и такие методы не должны основываться на сильнодействующих препаратах, вызывающих привыкание. Лечение, которое приводит к исцелению, должно осуществляться в спокойной атмосфере терпимости, безопасности и уважения к правам людей.

Действенная и гуманная система психического здоровья – это то, над чем работает Гражданская комиссия по правам человека

Покойный доктор Лорен Мошер был клиническим профессором психиатрии в Школе медицины (Калифорнийский университет, Сан-Диего). Он был также руководителем центра исследования шизофрении Национального института психического здоровья США. Он писал:

«Я открыл пансионат «Сотерия» в 1971 году. Там жили молодые люди, которым поставили диагноз «шизофрения». Им не давали лекарств, и они находились под присмотром непрофессиональных сотрудников, которые были обучены слушать, чтобы понимать пациентов, а так же поддерживать их, обеспечивать их безопасность. Идея была в том, что шизофрению часто можно побороть при помощи чуткого человечного отношения к пациентам, а не при помощи лекарств. »

Лорен Мошер сравнил свой метод лечения с «обычными» методами использования препаратов в психиатрических клиниках на людях, которым недавно был поставлен диагноз «шизофрения».

«Эксперимент оказался более действенным, чем мы ожидали. В течение двух лет после завершения лечения в «Сотерии» эти люди достигли неплохих успехов в жизни, стали самостоятельными и реже повторно обращались в клинику. Примечательно то, что пациенты из «Сотерии», которые не получали никаких нейролептических препаратов. и у которых, как ожидалось, должны быть гораздо худшие показатели, на самом деле показали лучшие результаты по сравнению с контрольными пациентами, которые прошли лечение в психиатрической клинике и получали лекарственные препараты», – говорил доктор Мошер.

Доктор Джорджио Антонуччи из Италии верит в ценность человеческой жизни и в то, что общение, а не принудительное заключение и бесчеловечное психиатрическое лечение, могут исцелить даже наиболее тяжелых душевнобольных.

В институте Оссерванца в Аймоле (Италия) доктор Антонуччи вылечил десятки так называемых шизофреничных женщин, большинство из которых ранее были постоянно пристёгнуты ремнями к своим койкам или содержались в смирительных рубашках. Доктор Антонуччи не применял никаких «обычных» психиатрических методов лечения, в том числе физическое стеснение; он каждый день в течение многих часов разговаривал с ними, «стараясь понять их расстройства и страдания». Он выслушивал истории о долгих годах отчаяния и страданий.

Он следил, чтобы с пациентами обращались с сочувствием, уважением, чтобы им не давали лекарственные препараты. Фактически, под его руководством приют из самого «буйного» стал самым спокойным. Спустя несколько месяцев его «опасные» пациенты были освобождены, они спокойно прогуливались в саду лечебницы. В итоге их состояние стало стабильным, и их выписали из клиники после того, как многих из них впервые научились работать и заботиться о себе.

Отличные результаты доктора Антонуччи к тому же требовали гораздо меньшего финансирования. Такие программы со всей очевидностью свидетельствуют о существовании альтернативных психиатрическим методам лечения, дающих людям надежду на счастливое будущее.

www.my-article.net

Эффективность терапии шизофрении зависит от наследственной отягощенности заболеванием, его клинической картины, давности существования, возраста и пола больных, их социального статуса. Факторами, потенциально свидетельствующими о возможности хорошего прогноза при шизофрении являются: острое начало в сравнительно позднем возрасте, раннее выявление заболевания с определением внешних факторов способствующих его дебюту («очевидное провоцирующее событие»).

Благоприятный прогноз ожидается в случае относительно высокого социального и профессионального статуса пациента, например:

  • полноценная семья до дебюта болезни;
  • наличие в анамнезе (включая семейный анамнез) аффективных расстройств депрессивного спектра;
  • психосоматических расстройств;
  • отсутствие тяжелых сопутствующих соматических и неврологических расстройств (отсутствие структурных аномалий мозга, травмы в перинатальном периоде и др.);
  • периодичность течения болезни.
  • К факторам, определяющим плохой прогноз заболевания относят:

    • наследственную отягощенность шизофренией;
    • начало в юном возрасте;
    • постепенное развитие;
    • выраженные проявления;
    • негативной симптоматики в дебюте заболевания;
    • дезорганизованное поведение и мышление;
    • проживание в одиночестве;
    • отсутствие ремиссии в течение трех лет;
    • частые рецидивы заболевания;
    • позднее начало терапии;
    • проживание в развитых странах;
    • злоупотребление психотропными препаратами.

    У мужчин прогноз течения заболевания хуже, чем у женщин. Максимальная редукция симптоматики шизофрении в процессе лечения наблюдается в возрастной группе от 20 до 30 лет, минимальная от 30 до 40 лет, промежуточное положение занимает возрастная группа, соответствующая возрасту 40-60 лет.

    Х.М. Алимов (1961), проследив на протяжении 5 лет судьбу больных шизофренией, выписавшихся из психиатрического стационара в конце 50-х годов ХХ столетия, показал, что всего лишь 10% больных избежали рецидива заболевания.

    Современная терапия шизофрении требует терпения. Она в первую очередь должна быть безопасна для пациента, комплексно влиять на основные синдромы заболевания: позитивные, негативные, когнитивные. Перспективно строить систему лечения шизофрении на основе воздействия на известные основные звенья патогенеза этого заболевания, оценивая структурно-функциональные изменения не только в центральной нервной системе, но и на уровне других систем организма.

    Без соблюдения основных принципов терапии шизофрении, сочетания применения фармакотерапии, немедикаментозных методов лечения, психотерапии, психосоциальной и психообразовательной работы с больным и его родственниками невозможно добиться позитивных результатов в процессе лечения шизофрении.

    Важной задачей терапии шизофрении является сотрудничество между врачом и его пациентом, формирование терапевтического альянса.

    Психотерапия и социальная терапия больных шизофренией должна считаться обязательным атрибутом лечения и реабилитации этой группы пациентов. Требует тщательного изучения психотерапия позитивных синдромов болезни, таких как бред и галлюцинации. Особого внимания заслуживают различные варианты групповой и семейной терапии, когнитивная реабилитация, тренинг социальных навыков. Не вызывает сомнения высокая эффективность тщательно продуманных программ психообразования пациента и членов его семьи.

    Полноценная социальная и правовая поддержка больного возможна в экономически сильной стране и духовно развитом обществе.

    xn--e1adccyeo5a6a8e.net