Специалисты

Стресс как кризисное состояние

04.09.2018

Конфликт, стресс, кризисное состояние

Английское слово «stress» происходит от латинского «stringere», которое дословно означает «затягивать удавку». В английском языке XVI11 ст. стресс означал «силу, давление, напряжение или крепкое усилия», касаясь человека и органов ее тела.

Первые определения термина «стресс» отражали его понимание как следствие внешнего воздействия. В 1910 г.. Уильям Озер высказал мнение, что «стресс» и «Стрэйн» (англ. Strain — физическое напряжение) способны вызвать заболевание. В 30-х pp. выдающийся физиолог В. Б. Кенон изучал эффекты воздействия стресса на людей и животных, в частности реакцию «fight or flight» («или драться, или убегать»). Когда его «подопытные» попадали в необычные условия — холод, недостаток кислорода, возбуждение, Кэнон мог наблюдать их физиологические реакции, сопровождавшиеся основном выбросом адреналина в кровь. По мнению Кенона, его подопытные «попадали под стресс».

Одну из первых научных попыток объяснить заболевания, связанные со стрессом, совершил в 1946 Ганс Селье, который предложил выделить три стадии реакции человека на стресс:

1. Реакция тревоги, когда после начальной фазы пониженного сопротивления наступает шок, во время которого активизируются индивидуальные защитные механизмы.

2. Сопротивление — стадия максимальной адаптации, после которой организм возвращается к равновесию. Но если стресс не проходит или не срабатывает защитный механизм, то человек переходит к третьей стадии.

3. Истощение — стадия, сопровождается чувством опустошенности.

В ситуациях стресса активизируется «оркестр» наших гормональных желез, которые выбрасывают в кровь адреналин и гормоны кортикостероиды, что стимулирует к действию мозг, нервы, сердце и мышцы.

— Усиливается ток крови к мозгу;

— Сердце ускоряет работу и гонит к мышцам больше крови

— Улучшается работа легких;

— Глюкоза и жиры попадают в кровь, обеспечивая организм дополнительной энергией.

В результате растет давление крови. Если это продолжается достаточно длительное время, то приводит к потере артериями природной эластичности и, как следствие, к повышенному кровяному давлению.

Г. Селье продолжал традицию понимания стресса как обратной реакции на внутренние и внешние процессы, которые достигают пороговых уровней. В 1970 p. Р. Лазарус предположил, что стресс зависит от того, как человек умеет воспринять и оценить значение опасного, угрожающего или иного неординарного явления. По мнению Лазаруса, интенсивность стрессового опыта определяется тем, насколько человек чувствует, сможет ли она преодолеть ту или иную угрозу. Если человек неуверен в себе, то ее защитные механизмы оказываются подавленными.

Итак, сегодня стресс рассматривают как силу, которая выводит психологические и физические функции за пределы диапазона их устойчивости, вызывая чувство напряженности.

Конфликты в основном связаны со стрессами. В процессе конфликта у сторон растет раздражение, гнев, могут возникать такие чувства, как злость, ненависть, страх, обида, отчаяние, безнадежность, беспомощность, одиночество, усиливается психологический стресс. Сила стресса зависит от следующих факторов: значимость ситуации, степень риска и дискомфорта, дефицит времени и информации, недостаток знаний и умений для безопасного улаживания или разрешения конфликта. Имеет значение также индивидуальная толерантность к нагрузкам. Считается, что лица, которые имели психологические травмы в детстве, в основном проявляют низкую стрессоустойчивость в конфликтах.

Распространенным видом конфликта в организации, который приводит к стрессовой для лица ситуации, считается моббинг (от англ. Mob — толпа, нападать толпой) — коллективное психологическое травли, систематический проявление враждебности, издевательство и дискриминация сотрудника. Целью моббинга может быть увольнение сотрудника, не нравится, или получение удовольствия от унижения и запугивания человека. Моббинг может заключаться в травле, бойкоте, непредоставлении информации или предоставлении ложной или устаревшей, социальной изоляции, постоянной критике, игнорировании успехов, предвзятых шутках, распространении слухов, доносительство и тому подобное. Наибольший риск стать жертвой моббинга в «новичков», которые проигнорировали неписаные правила коллектива, а также в тех личностей, которые имеют особенности, отличающие их от других «средних» сотрудников. Чаще всего моббинг возникает там, где плохая организация производственного процесса, нечетко определена сфера ответственности, сотрудники недогружены, где руководство не предоставляет внимания формированию рабочей атмосферы. На длительный моббинг его жертва реагирует физиологическими (язва желудка, сердечно-сосудистые заболевания и т.д.) и психическими (различные нарушения поведения, депрессии) расстройствами, а иногда может возникнуть желание уйти из жизни.

Результаты психологических исследований свидетельствуют, что жертвы сильного стресса испытывают нарушения и в других сферах деятельности, например, трудности с концентрацией внимания, ухудшение памяти, снижение способности к обучению и общей мотивации, нарушение эмоционального контроля, рост подозрительности и враждебности. Вероятность того, что стрессор вызовет серьезные нарушения, зависит от внезапности, непередбачу-ности, продолжительности, повторяемости, от того, насколько он угрожает жизни, способствует изоляции, входит в конфликт с представлением о своем «я», физически или психологически грозит достоинства, а также от того, личность чувствует потерю контроля над ситуацией, беспомощность и неуверенность.

Острая реакция на стресс характерна для участников конфликтов, в которых имеют место насильственные действия. Давно было замечено, что, сталкиваясь с травматической ситуацией, часть солдат-новичков временно теряла способность выполнять боевую задачу: они либо демонстрировали погружения в себя, или сильное возбуждение, плохо понимали, что происходит, теряли ориентацию, чувствовали патологический страх, проявляли беспокойство. их поведение противоречило потребностям собственной безопасности или безопасности подразделения. После того как травматическое событие прошла, жертвы стресса продолжают испытывать нарушения повседневного функционирования: они повторно переживают тяжелую событие, имеют повышенную психологическую возбудимость, стараются избегать стимулов, которые имеют связь с травмой. В то же время происходит внутренняя работа, которая должна восстановить ощущение порядка и смысла, целостность личного пространства, ощущение власти над собственной жизнью. В некоторых лиц признаки посттравматического стрессового расстройства сохраняются годами, и они не могут вернуться к нормальному функционированию в течение всей жизни. На какое-то достаточно длительный период они могут почти освободиться от симптомов, а затем под влиянием незначительного стрессора, который чем-то напоминает начальную травму, а иногда и без видимой причины, эти симптомы возвращаются. Поскольку жертвы посттравматического стрессового расстройства стараются избегать напоминаний о травме, они в основном избегают лечения и даже мыслей о нем.

Деструктивным способом выхода из острой конфликтной ситуации является суицид — сознательное и намеренное лишение себя жизни. Суицид является относительно редким явлением, в котором как под увеличительным стеклом оказываются процессы, препятствующие конструктивному решению конфликта. По мнению В. А. Тихоненко, позиции личности в ситуациях конфликта делятся на адаптивные и неадаптивные («проигрышные»). В последнем случае, конструируя в сознании конфликтную ситуацию, субъект определяет для себя позицию, которая не дает ему возможности увидеть перспективы и пути решения конфликта. Смысловая оценка сложившейся ситуации как «безвыходная», резко ограничивает «внутреннее поле зрения» и блокирует поисковую деятельность. «Проигрышных» позицию личности характеризуют следующие признаки:

1. Фиксированность позиции. Субъект не может изменить образ ситуации, свободно манипулировать его элементами в пространственно-временных координатах.

2. Вовлеченность, то есть размещение себя в точке приложения угрожающих сил; взгляд на ситуацию «изнутри», неспособность отмежеваться от конфликтной ситуации, дис-танциюватися от нее.

3. Сужение сферы позиции личности по сравнению со сферой конфликтной ситуации. Сужение смысловой сферы личности происходит за счет ограничения представлений о собственных ресурсах и в результате роста изоляции от окружающих.

4. Изолированность и замкнутость позиции. В структуре осознание конфликтных отношений вместо адаптивной позиции «мы-они» имеется гораздо более уязвима конфронтация «Я-они», которая свидетельствует об отчуждении личности, потерю связи с референтными группами, нарушения идентификации.

5. Пассивность позиции. Представляя активно направленные на него действия участников конфликта, субъект не может в рамках составленного смыслового образа определить свои конструктивные действия (нападения, защиты и т.п.). Такая пассивность позиции обесценивает любые известные субъекту варианты решений. Парадоксально, что многие самоубийц, анализируя посторонние ситуации, а также после окончания кризиса находили пути решения конфликта и даже выступали в роли советников по отношению к другим, но к себе эти конструктивные планы не могли применить. В пассивных позициях знания и опыт не только не актуализируются, но и отбрасываются.

6. Неразвитость во временной перспективе, нехватка будущего — тесно связанные с указанными выше признаками «проигрышной» позиции. Будущее представляется только как продолжение или углубление сложившейся ситуации [177, с. 22-23]. В ситуации конфликта «проигрышная» ситуативная позиция может трансформироваться в «проигрышную» жизненную позицию, и тогда личность оказывается в кризисном состоянии.

Часто причиной самоубийства являются депрессивные расстройства. Депрессия — это сложный клинический синдром, основным симптомом которого является потеря возможности получать удовольствие и наслаждение от вещей, которые раньше приносили счастье. Человек как бы «выдыхается», теряет сильные чувства, ею овладевает безнадежность, вина, самоосуждения и раздражительность. Ослабляется двигательная активность или возникают приступы громкой, непрерывного говорения, полного жалоб, обвинений, просьб о помощи. Часто это сопровождается нарушениями сна или волнообразной усталостью, на соматическом уровне — дрожью губ, их сухостью, частым дыханием. Появляется головная боль или животе. Больные чувствуют свою нежелательность, греховность, ненужность и приходят к мысли, что жизнь не имеет смысла.

Для улучшения своего состояния человек, испытывает острый или хронический стресс, может воспользоваться комплексом мероприятий:

1. Фармакологические средства восстановления: витамины, препараты пластического действия, препараты энергетического воздействия, адаптогены.

2. Восстановление средствами физиотерапии: ультрафиолетовое облучение, аэронизация воздуха, действие теплом и холодом, водные процедуры.

3. Массаж: классический массаж, точечный массаж, вибромассаж.

4. Акупунктура и электроакупунктура.

5. Психологическое консультирование и психотерапия.

6. Аутогенная тренировка, релаксация (по Бенсоном, по Якобсеном), прогрессивная релаксация (по Джекобсоном), медитация.

9. Арттерапия (терапия музыкой, пением, танцами).

10. Дыхательные упражнения.

12. Переключение внимания, полноценный отдых, сон, секс, «шопинг-терапия».

13. Физические упражнения: динамические, статические, изометрические.

15. Ведение дневника, общение с друзьями.

16. Психологическая защита (отрицание, вытеснение, проекция).

17. энергии микровибрацией (циркулярный дущ, виброакустические аппараты).

Наряду с факторами, которые увеличивают вероятность суицы-дальней поведения, выделяют также антисуицидальных факторы: акцентированное чувство долга, в частности осознание родительских обязанностей; представление о греховности самоубийства; озабоченность состоянием своего здоровья, страх перед физическими страданиями, болью, смертью; интенсивная эмоциональная привязанность к близким людям; наличие творческих планов; нежелание выглядеть некрасивым после смерти и тому подобное.

studbooks.net

Стресс как кризисное состояние

Английское слово»stress»происходит от латинского»stringere», которое дословно означает»затягивать удавку»В английском языке XVI11 в стресс означал»силу, давление, напряжение или крепкое усилия», касаясь л человека и органов ее телла.

Первые определения термина»стресс»отражали его понимание как следствие внешнего воздействия. В 1910 г. сэр. Уильям. Озер высказал мнение, что»стресс»и»Стрейна»(англ strain — физическое напряжение) способны вызывает ать заболевания. В 30-х pp выдающийся физиолог. У. Б. Кенон изучал эффекты воздействия стресса на людей и животных, в частности реакцию»fight or flight»(«или драться, или убегать»). Когда его»подопытные»попадали в необычные условия — холод, недостаток кислорода, возбуждение,. Кенон мог наблюдать их физиологические реакции, сопровождающиеся основном выбросом адреналина в кровь. По мнению. Кенон, его подопытные»попадали под стрессід стрес».

Одну из первых научных попыток объяснить заболевания, связанные со стрессом, совершил в 1946 г.. Ганс. Селье, который предложил выделить три стадии реакции человека на стресс:

1 реакция тревоги, когда после начальной фазы пониженного сопротивления наступает шок, во время которого активизируются индивидуальные защитные механизмы

2 сопротивление — стадия максимальной адаптации, после которой организм возвращается к равновесию. Но если стресс не проходит или не срабатывает защитный механизм, то человек переходит к третьей стадии

3. Истощение — стадия, сопровождающееся чувством опустошенности

В ситуациях стресса активизируется»оркестр»наших гормональных желез, которые выбрасывают в кровь адреналин и гормоны кортикостероиды, стимулирует к действию мозг, нервы, сердце и мышцы

— усиливается поток крови к мозгу;

— сердце ускоряет работу и гонит к мышцам больше крови;

— улучшается работа легких;

— глюкоза и жиры попадают в кровь, обеспечивая организм дополнительной энергией

В результате возрастает давление крови. Если это продолжается достаточно длительное время, то приводит к потере артериями естественной эластичности и, как следствие, к повышенному кровяному давлению

Г. Селье продолжал традицию понимания стресса как ответной реакции на внутренние и внешние процессы, которые достигают пороговых уровней. В 1970 p. Р. Лазарус высказал предположение, что стресс зависит от того, я как человек умеет воспринять и оценить значение опасного, угрожающего или иного неординарного явления. По мнению. Лазаруса, интенсивность стрессового опыта определяется тем, насколько человек чувствует, ч и сможет ли она преодолеть ту или иную угрозу. Если человек неуверенный в себе, то ее защитные механизмы оказываются подавленнымченими.

Итак, сегодня стресс рассматривают как силу, которая выводит психологические и физические функции за пределы диапазона их устойчивости, вызывая чувство напряженности

Конфликты основном связаны со стрессами. В процессе конфликта у сторон растущее раздражение, гнев, могут возникать такие чувства, как злость, ненависть, страх, обида, отчаяние, безнадежность, беспомощность ь, одиночество, усиливается психологический стресс. Сила стресса зависит от следующих факторов: значимость ситуации, степень риска и дискомфорта, дефицит времени и информации, недостаток знаний и умений для безопасного улаживание или разрешение конфликта. Имеет значение также индивидуальная толерантность к нагрузкам. Считается, что лица, которые имели психологические травмы в детстве, в основном проявляют низкую стресости йкисть в конфликтактах.

Распространенным видом конфликта в организации, который приводит к стрессовой для лица ситуации, считается моббинг (от англ mob — толпа, нападать толпой) — коллективное психологическое травли, систематически ный проявление враждебности, издевательство и дискриминация сотрудника. Целью моббинге может быть увольнение сотрудника, который не нравится, или получения удовольствия от унижения и запугивания человека. Моббинг может заключаться в травле, бойкоте, непредоставлении информации или предоставлении ложной или устаревшей, социальной изоляции, постоянной критике, игнорировании успехов, предвзятых шутках, распространении слухов, доносительство и т.п.. Наибольший риск стать жертвой моббинга в»новичков», которые проигнорировали неписаные правила коллектива, а также в тех личностей, которые имеют особенности, отличающие их от других»средних»спи вробитникив. Чаще моббинг возникает там, где плохая организация производственного процесса, четко определена сфера ответственности, сотрудники недогружены, где руководство не предоставляет внимания формированию р обочь атмосферы. На длительный моббинг его жертва реагирует физиологическими (язва желудка, сердечно-сосудистые заболевания и др.) и психическими (различные нарушения поведения, депрессии) расстройствами, а иногда может возникнуть желание уйти из жизни життя.

Результаты психологических исследований свидетельствуют, что жертвы сильного стресса испытывают нарушения и в других сферах деятельности, например, трудности с концентрацией внимания, ухудшение памяти, снижение способно ости к обучению и общей мотивации, нарушение эмоционального контроля, рост подозрительности и враждебности. Вероятность того, что стрессор вызовет серьезные нарушения, зависит от внезапности, непередбачу- ности, продолжительности, повторяемости, от того, насколько он угрожает жизни, способствует изоляции, вступает в конфликт с представлением о своем»я», физически или психологически грозит достоинства, а также от того, или личность ощущает потерю контроля над ситуацией, беспомощность и неуверенностьь.

Острая реакция на стресс характерна для участников конфликтов, в которых имеют место насильственные действия. Давно было замечено, что, сталкиваясь с травматической ситуацией, часть солдат-новичков временно утратит ачало способность выполнять боевую задачу: они либо демонстрировали погружение в себя, или сильное возбуждение, плохо понимали, что происходит, теряли ориентацию, чувствовали патологический страх, вопр яли беспокойство их поведение противоречило потребностям собственной безопасности или безопасности подразделения. После того как травматическое событие прошла, жертвы стресса продолжают испытывать нарушения повседневного функционирования: они повторно переживают тяжелый событие, имеют повышенную психологическую возбудимость, стараются избегать стимулов, которые имеют связь с травмой время происходит внутренняя работа, которая должна восстановить ощущение порядка и смысла, целостность личного пространства, ощущение власти над собственной жизнью. В некоторых лиц признаки посттравматического стрессового расстройства сохраняются годами, и они не могут вернуться я к нормальному функционированию в течение всей жизни. На какое-то достаточно длительный период они могут почти освободиться от симптомов, а затем под влиянием незначительного стрессора, который чем-то напоминает начальную в травму, а иногда и без заметной причины, эти симптомы возвращаются. Поскольку жертвы посттравматического стрессового расстройства стараются избегать напоминаний о травме, они в основном избегают лечения и даже мыслей о немо нього.

Деструктивным способом выхода из острой конфликтной ситуации является суицид — сознательное и намеренное лишение себя жизни. Суицид является относительно редким явлением, в котором как под увеличительным стеклом оказываются о оцесы, препятствующие конструктивному разрешению конфликта. По мнению. В. А. Тихоненко, позиции личности в ситуациях конфликта делятся на адаптивные и неадаптивные («проигрышные»). В последнем случае конструируя в сознании конфликтную ситуацию, субъект определяет для себя позицию, которая не дает ему возможности увидеть перспективы и пути решения конфликта. Смысловая оценка сложившейся ситуации как»безв ихидна», резко ограничивает»внутреннее поле зрения»и блокирует поисковую деятельность»проигрышных»позицию личности характеризуют такие признакиознаки:

1. Фиксированность позиции. Субъект не может изменить образ ситуации, свободно манипулировать его элементами в пространственно-временных координатах

2. Вовлеченность, т.е. размещение себя в точке приложения угрожающих сил; взгляд на ситуацию»изнутри», неспособность отмежеваться от конфликтной ситуации, дис-танциюватися от нее

3. Сужение сферы позиции личности по сравнению со сферой конфликтной ситуации. Сужение смысловой сферы личности происходит за счет ограничения представлений о собственных ресурсах и вследствие роста с золяции от окружаяих.

4. Изолированность и замкнутость позиции. В структуре осознания конфликтных отношений вместо адаптивной позиции»мы-они»имеется гораздо уязвимее конфронтация»Я-они», свидетельствующая об отчуждении в личности, потере связи с референтными группами, нарушения идентификацииії.

5. Пассивность позиции. Представляя активно направленные на него действия участников конфликта, субъект не может в пределах составленного смыслового образа определить свои конструктивные действия (нападения, защиты и т.д.). Такая пас сивнисть позиции обесценивает любые известные субъекту варианты. Парадоксально, что многие самоубийц, анализируя посторонние ситуации, а также после окончания кризиса находили пути решения кон ту и даже выступали в роли советников относительно других, но к себе эти конструктивные планы не могли применить. В пассивных позициях знания и опыт не только не актуализируются, но и отвергаютсяються.

6. Неразвитость во временной перспективе, отсутствие будущего — тесно связаны с указанными выше признаками»проигрышной»позиции. Будущее представляется только как продолжение или углубление сложившейся ситуации [1 177, с 22-23]. В ситуации конфликта»проигрышная»ситуативная позиция может трансформироваться в»проигрышную»жизненную позицию, и тогда личность оказывается в кризисном состояниитані.

Часто причиной самоубийства являются депрессивные расстройства. Депрессия — это сложный клинический синдром, основным симптомом которого является потеря возможности получать удовольствие и наслаждение от вещей, которые раньше приносили и счастье. Человек как бы»выдыхается», теряет сильные чувства, ею овладевает безнадежность, вина, самозасудження и раздражительность. Ослабляется двигательная активность или возникают приступы громкой, безупинног в говорение, полного жалоб, обвинений, просьб о помощи. Часто это сопровождается нарушениями сна или волнообразной усталостью, на соматическом уровне — дрожью губ, их сухостью, частым дыханием. С ‘ появляется боль в голове или животе. Больные ощущают свою недоброжелательность, греховность, ненужность и приходят к мысли, что жизнь не имеет смысл сенсу.

Для улучшения своего состояния человек, испытывает острый или хронический стресс, может воспользоваться комплексом мер:

1. Фармакологические средства восстановления: витамины, препараты пластического действия, препараты энергетического воздействия, адаптогены

2. Восстановление средствами физиотерапии: ультрафиолетовое облучение, аэронизация воздуха, действие теплом и холодом, водные процедуры

3. Массаж: классический массаж, точечный массаж, вибромассаж

4. Акупунктура и электроакупунктура

5. Психологическое консультирование и психотерапия

6. Аутогенная тренировка, релаксация (за. Бенсоном, за. Якобсеном), прогрессивная релаксация (за. Джекобсоном), медитация

9. Арттерапия (терапия музыкой, пением, танцами)

10. Дыхательные упражнения

12. Переключение внимания, полноценный отдых, сон, секс,»шопинг-терапия»

13 физических упражнения: динамические, статические, изометрические

15. Ведение дневника, общение с друзьями

16 психологических защита (отрицание, вытеснение, проекция)

17. Использование энергии микровибраций (циркулярный дущ, виброакустические аппараты)

Наряду с факторами, которые увеличивают вероятность суицы-дальней поведения, выделяют также антисуицидальных факторы: акцентированное чувство долга, в частности осознание родительских обязанностей; представление п о греховности самоубийства; озабоченность состоянием собственного здоровья, страх перед физическими страданиями, болью, смертью; интенсивная эмоциональная привязанность к близким людям, наличие творческих планов; нежелание выглядеть некрасивым после смерти тощ.

uchebnikionline.com

Первичный Эго-стресс (стресс осознания)

По миновании острых аффективно-шоковых реакций, характерных для первоначальных событий в очаге катастрофы, на первый план выступает менее впечатляющая, но гораздо более опасная для перспективы картина первичного травматического Эго-стресса (стресса осознания).

Сущность психопатогенетического потенциала ЧС заключается в столкновении ранее сложившейся структурной организации личности с новой, непривычной и травмирующей психику ситуацией реальной угрозы для жизни и здоровья, внезапных болезненных утрат и массивного дискомфорта. Необходимость следовать в этих условиях «принципу реальности» создает предпосылки для стресса осознания, порождает интрапсихический конфликт и подвергает тяжелым испытаниям интегративную функцию.

Первичный Эго-стресс – кризисное психическое состояние осознания новой, психотравмирующей реальности играет ключевую роль в генезе психопатологических последствий ЧС, выступающее как сложноорганизованный динамический клинический комплекс болезненных проявлений (синдром) и в то же время как исходное звено психопатологических последствий ЧС. Он и есть собственно посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР).

Описание и анализ клинической картины и механизмов Эго-стресса тем более необходимы, что, в силу реалий отечественной истории и культуры, феномены, составляющие его структуру и обязанные своим возникновением действию патогенных Эго-защит, традиционно рассматривались окружающими как свойственные психическому здоровью (например, укоренившаяся тенденция к использованию ненормативной лексики). Между тем, феноменологическое единство структуры Эго-стресса в норме и патологии лишь подчеркивает особую значимость фактора количественной выраженности составляющих его структуру явлений, а также опасность нераспознавания и недооценки их психопатогенного потенциала.

Клиническую структуру первичного Эго-стресса составляют:

— аффект болезненного недоумения,

— острые реакции на стресс.

Рассмотрим указанные проявления подробно.

Фрустрационная регрессия – форма патогенной психической защиты, проявляющаяся возвращением к ранним (преодоленным в процессе индивидуального развития) формам поведения и архаическим формам эмоциональности в степени, соответствующей тяжести фрустрации и/или ранее сложившимся устойчивым особенностям психофизиологической конституции.

Исходными терминами для обозначения указанного симптома являются понятия «фрустрация» и «регрессия». Фрустрация – психическое состояние, вызываемое объективно непреодолимыми (или субъективно так воспринимаемыми) трудностями, возникающими на пути к достижению цели, сопровождающееся интенсивным переживанием неудачи. Регрессия – форма психической защиты, выражающаяся в возвращении к более примитивным, нередко детским типам поведения, проявляющаяся в основном в стрессовых ситуациях.

Сам факт пребывания в очаге ЧС сопровождается автоматической регрессией психики человека на уровень подросткового пубертатного криза (13–18 лет), что находит свое поведенческое выражение в подчеркнутой дисциплине, субординации, подчиняемости и готовности к самоограничению инициативы (у детей более раннего возраста в «примерном» поведении, послушании), при одновременном повышении вероятности бурных вспышек внутренне неопосредованного разрушительного, либо хаотически дурашливого возбуждения, «подросткового поведения». Регрессия человеческой психики в очаге ЧС на уровень подростковости находит свое выражение в переживаниях двух основных типов:

ролевая спутанность – переживание неопределенности прав, обязанностей и необходимых действий в чрезвычайной ситуации, а также (позднее);

кризис самоопределения – состояние невозможности сознательного выбора и утверждения личностью своей позиции в чрезвычайной ситуации.

На фоне фрустрационной регрессии могут наблюдаться два варианта направленности агрессии:

внешняя агрессия – состояние персонификации источника угрозы с переживанием отвратительности и чуждости «образа врага» (и, напротив, всемогущества и величия «образа магического помощника») и активным внешним проявлением переживаний в поведенческих реакциях и целенаправленной деятельности;

аутоагрессия – внутренняя направленность агрессивных переживаний, формируемая при наличии мощной внешней блокады проявлений гетероагрессии и внешней враждебности, с возможностью либо аутоагрессивных действий (вплоть до суицидальных), либо дальнейшее углубление регрессии поведения. Зачастую именно аутоагрессия является наиболее болезненной для субъекта.

Вариантом фрустрационной регрессии является архаическая эмоциональность – переживание угрозы процесса чрезвычайной ситуации, отражающее регрессию психики человека на еще более ранний, а именно препубертатный уровень, что предполагает наличие аффективно искаженного – аутического, эгоцентрированного мышления.

По мере углубления регрессии это переживание может представать в виде аффекта болезненного недоумения, который входит в динамическую структуру синдрома первичного травматического Эго-стресса. Данный аффект связан с переживанием в очаге ЧС чувства беспомощной подверженности реальной и непосредственной опасности для жизни, здоровья, благополучия и комфорта. Это, в первую очередь, аффект болезненного недоумения состояние, отражающее наличие упорных и безуспешных попыток осмысления новой, психотравмирующей реальности, присущий начальному периоду существования синдрома Эго-стресса, проявляющийся глубокой задумчивостью, погруженностью в мучительные, часто с оттенком невыносимости, переживания. Для данного типа состояний характерен элективный мутизм – нарушение волевой сферы, проявляющееся в избирательном общении только с ограниченным кругом людей, при этом могут быть выражены явления ограниченной подвижности (субступорозности), безвольного подчинения. Своеобразным символом аффекта недоумения представляется метафорическая речь: «Надо что-то вспомнить, вспомнить самое главное, от чего зависит счастье. А мысли разваливаются, и самое главное, вильнув хвостиком, исчезают». В связи с этим следует отметить, что метафоричность мышления и речи представляется типичной характеристикой различных субкультур и, прежде всего, молодежной, иными словами, метафора – феномен и инструмент освоения новой реальности. В обыденной жизни переживание умеренно выраженного аффекта недоумения носит, как правило, оттенок поиска ошибки партнера или подспудное чувство собственной смутной, неясной вины, самоупрека.

Аффект болезненного недоумения следует рассматривать как клиническое проявление дальнейшей регрессии патогенной тревоги (чувства угрозы), а его выраженность служит показателем индивидуальной травматичности психического стресса (фрустрации потребностей самосохранения и самоопределения). Мощный аффект болезненного недоумения нередко определяется у людей, спасенных после длительного пребывания под завалами.

Следующий тип переживаний при синдроме первичного травматического Эго-стресса аффект психалгии – невыразимое словами (алекситимическое) переживание душевной боли, страдания. Может рассматриваться как показатель дальнейшего течения фрустрационной регрессии в структуре синдрома Эго-стресса. Если для аффекта недоумения характерны краткость существования, яркость клинических проявлений и преобладание оттенка мучительности попыток осмысления результатов психоагрессии, то для психалгии характерны, напротив, длительность, скрытность и оттенок признания безнадежности, безвозвратности утрат и потерь, победы психоагрессивного вмешательства и психотравмирующей реальности над внутренним миром человека. Феномен психалгии описан еще Р. Краффт-Эбингом как состояние болезненно подавленного настроения с характерным оттенком «невыносимости страдания». Для алекситимической психалгии характерны явления маскированной депрессии – депрессии, при которой сниженное эмоциональное состояние маскируется соматическими, вегетативными масками, «охранительным режимом» по отношению к темам, причиняющим болезненные переживания. Такие состояния сопровождаются вспышками гнева при неосторожном прикосновении к «больному месту» или, напротив, «примерным», тихим поведением с легко выявляемыми переживаниями ангедонии – неспособности к радости, наслаждению, обреченности, подавленности и пассивности.

В структуру феномена психалгии или «душевной боли» следует включать и явления внутреннего напряжения. Вообще, из-за алекситимии – нарушения, связанного с затруднением словесного выражения своего психического состояния и обязательной маскированности депрессивного аффекта выраженность и прогностическое значение феномена душевной боли, как правило, недооценивается психологами. Между тем, именно алекситимическая психалгия реализуется в наиболее острых кризисных психических состояниях, в частности, при неожиданных вспышках разрушительного хаотического возбуждения, алкогольных (и иных токсикоманических) эксцессах и внезапных «безмотивных» суицидальных попытках.

Хронический характер алекситимической психалгии, ее скрытность и потенциальная деструктивность дают основания рассматривать этот феномен фрустрационной регрессии аффекта как центральное звено первичного травматического Эго-стресса.

Дисторсия – искажение, «вывих» мышления, паралогическая или аффективная идея, призванная определить источник чрезвычайной угрозы. Это понятие, малознакомое современным отечественным психологам, примерно соответствует концепции «первичной бредовой идеи» М.И. Вайсфельда, «не обусловленной никакими психологическими основаниями – ни мышлением, ни галлюцинациями, ни характером больного: . у нее нет психогенеза». Поэтому можно условно определить дисторсию как элементарную единицу аутистического мышления. Представляется, что феномен дисторсии играет, к сожалению, чрезмерно важную роль в формировании менталитета современного жителя России.

В данном контексте чаще всего имеется в виду реактивная дисторсия, – реакция на чрезвычайное событие в форме идеи катастрофы как результата происков враждебных сил глобального масштаба, иррационального зла. Так, после землетрясения в Спитаке высказывалась идея, что катастрофа произошла вследствие «отдаленного ядерного взрыва, проведенного Москвой в ответ на требование Арменией самоопределения». В ряде случаев могут иметь место изолированные идеи виновности и греховности самого субъекта переживания, а также переживание чрезвычайной ситуации как наказания за грехи и искупления грехов (реактивная Эго-дисторсия).

Можно отметить, что реакция окружающих на высказывание подобных дисторсий в норме сопровождается выраженным аффектом недоумения.

Реактивная дисторсия нередко (в ситуации хронического жестокого стресса, например, в местах лишения свободы) может проявляться реакциями враждебного недоверия (поведение «загнанного зверя») – парадоксальным сочетанием чувствительности, ранимости с настороженностью и подозрительностью при случайном или намеренном прикосновении к комплексу болезненных переживаний. Расширение поля подобных реакций отражает нарастание аутистической трансформации личности. С точки зрения МКБ-10, все это – острые психотические реакции на стресс. При участии дисторсий реализуются характерные для крупномасштабных катастроф тенденции к формированию субкультуры, эпоса и мифологии событий ЧС.

При клинической оценке характера концептуальных суждений людей, переживающих травматический Эго-стресс, следует всегда обращать особое внимание на реалии национального менталитета, в силу которых самые экстравагантные идеи могут оказаться вполне реалистическими.

Острые реакции на стресс – наиболее выраженные, внешне проявляемые патологические психические реакции человека в ответ на внешние воздействия чрезвычайных ситуаций. В структуре синдрома первичного травматического Эго-стресса из-за исходной скрытости напряженного регрессированного аффекта острые реакции на стресс представляются особенно неожиданными. Выделяют три типа таких острых реакций на стресс: аффективный, поведенческий и острый соматоформный типы реакций на стресс. Однако для клинической картины в очаге ЧС характерна типологическая смешанность и взаимная сменяемость в рамках однократного приступа острых реакций.

Конституциональный тип острых реакций на стресс конфликтные реакции, связанные со стрессовой актуализацией конституциональных черт (демонстративности, аффективной ригидности, стремления к доминированию…), возникающие обычно на почве профессиональных конфликтов, утомления или дискомфорта;

Аффективный тип острых реакций на стресс – патологические,чрезмерные эмоциональные реакции на чрезвычайную ситуацию в виде истерического смеха, рыданий и т.п.;

Поведенческий тип острых реакций на стресс хаотическое агрессивное разрушительное возбуждение, мощное, непредсказуемое и кратковременное;

Соматоформный тип острых реакций на стресс – субъективно переживаемые расстройства сердечно-сосудистой, пищеварительной или дыхательной систем при объективно сохраненной их функциональности.

Таким образом, картина кризисного психического состояния в форме первичного травматического Эго-стресса (стресса осознания новой, психотравмирующей реальности) складывается из явлений фрустрационной регрессии психики, аффектов метафорического недоумения, алекситимической психалгии, дисторсии (Эго-дисторсии) и острых реакций на стресс.

Синдромообразующие характеристики первичного травматического Эго-стресса таковы:

— структурные элементы неравноценны, в силу чего образуется динамическая иерархия феноменов;

центральное звено синдрома – поэтапная регрессия аффекта (чувство угрозы – аффект недоумения – аффект душевной боли);

сопутствующая ему поэтапная рецессия речи, мышления и самосознания (метафорическая речь – алекситимия – дисторсия);

— эпизодические срывы социальной и психофизиологической адаптации в виде острых смешанных стрессовых реакций.

Синдром первичного Эго-стрссса можно рассматривать как непосредственный результат психоагрессии (чрезвычайной угрозы), формирующий адаптационно-психодинамическую основу аффективных, поведенческих, конституциональных и соматоформных реакций. Первичный Эго-стресс обладает способностью переходить в перманентный (вторичный) Эго-стресс (кризис самоопределения) и способствовать развитию дальнейших психопатологических последствий ЧС. В этом смысле синдром Эго-стресса является центральным звеном патогенеза психопатологических последствий чрезвычайных ситуаций.

3ys.ru