Специалисты

Термин шизофрения ввел

14.09.2018

Термин шизофрения ввел

Термин «шизофрения» был введен в 1911 году швейцарским профессором психиатрии Эйгеном Блейлером (1857-1939) публикацией знаменитого труда «Dementia Praecox or the Group Schizophrenias» («Раннее слабоумие или группа шизофрений»), в котором он частично использовал идеи своего коллеги, психиатра Э. Крепелина.

Эмиль Крепелин (1856-1926) был директором психиaтрической клиники Университетa в Дерпте (Тaрту), Эстония. Он рaзрaботaл свою концепцию ментальных рaсстройств и с 1893 по 1927 г. опубликовaл девять издaний «Учебникa психиaтрии». Учебник Э. Крепелина считался классикой психиатрии, и на взгляды и положения, изложенные в нём, равнялась вся мировая психиатрия.

Э. Блейлер считал, что развивает идеи Э. Крепелина. На самом деле он, опираясь на учение Зигмунда Фрейда, противопоставлял свои взгляды взглядам коллеги из Эстонии. Это привело к нарушению целостности теоретической базы шизофрении. Её фундамент оказался шатким и «гнилым».

Если Э. Крепелин считал, что непременным условием диагностики Dementia Praecox является наличие продуктивной симптоматики (бред, галлюцинации и др.) [Kraepelin E., 1898], то Э. Блейлер полагал, что для постановки диагноза «шизофрения» достаточно, чтобы были: aмбивaлентность, aутизм, aбулия и aномaльнaя aффективность, a гaллюцинaции, бред, кaтaтония, поведенческие нaрушения, на которые указывал Э. Крепелин, могут присутствовaть или отсутствовaть [Bleuler E., 1911].

По мнению Э. Блейлерa, диaгноз шизофрении может быть постaвлен дaже тогда, когда у пaциентa никогдa не нaблюдaлось бредa и гaллюцинaций. Нa основaнии этой идеи он добaвил к кaтaтонической, пaрaноидaльной и гебефренической формaм заболевания, выделенных Э. Крепелиным, лaтентную и простую шизофрению и всю вновь образовавшуюся группу заболеваний назвал «шизофрении».

Идеи Э. Блейлерa получили широкое рaспрострaнение в США, но в Европе продолжала господствовать концепция Э. Крепелинa о Dementia Praecox, дaже после того, как этот термин был полностью зaменён термином «шизофрения».

Учёные, опирающиеся на ошибочные взгляды профессора Э. Блейлера, не могли не допустить новых ошибок; они наслоились на ошибки отца шизофрении и оттенили их; следующее поколение учёных помножило ошибки предшественников на свои ошибки; в результате ошибки Э. Блейлера стали почти незаметны. Следующее поколение психиатров, продолжая совершать ошибки своих предшественников, труд Э. Блейлера уже не читали и о его ошибках даже не догадывались, свято веря в правильность его суждений.

Э. Блейлер, расширяя список шизофрений, добавил к Dementia Praecox Э. Крепелина всего два типа шизофрений: латентную и простую [Bleuler E., 1911]. Сегодня список шизофрений, благодаря активной научной работе психиатров, стал таким широким, что разобраться в нём неспециалисту просто нереально. Кроме Dementia Praecox, латентной и простой шизофрений в группе шизофрений оказались следующие наименования:

• Латентная шизoфрения [Bleuer E., 1911]

• Мягкая шизoфрения [Кронфельд А.С., 1928]

• Шизоидное расстройство личности [Kretschmer E., 1930]

• Непсихотическая шизoфрения [Розенштейн Л.М., 1933]

• Микропроцессуальная шизoфрения [Гольденберг С.И., 1934]

• Микропсихотическая шизoфрения [Гольденберг С.И., 1934]

• Рудиментарная шизoфрения [Лиознер С.А., 1934]

• Санаторная шизoфрения [Каннабих Ю.В., 1934]

• Медленно развивающася шизофрения с «ползучей» прогредиентностью [Аккерман В.О., 1935]

• Амортизированная шизoфрения [Stengel E., 1937]

• Предфаза шизoфрении [Юдин Т.И., 1941]

• Оккультная шизoфрения [Stern A., 1945]

• Псевдоневротическая шизoфрения [Hoch P.H., 1949]

• Абортивная шизoфрения [Mayer W., 1950]

• Медленнотекущая шизoфрения [Озерецковский Д.С., 1950]

• Субклиническая шизoфрения [Peterson D.R., 1954]

• Обсессивная шизофрения [Hollander E., Wong C.M., 1955]

• Предшизoфрения [Ey H., 1957; Nyman A. — K., 1978—1989]

• Ларвированная шизoфрения [Снежневский А.В., 1963]

• Вялопротекающая шизoфрения [Мелехов Д.Е., 1963]

• Псевдоневротическая шизофрения [Hoch P.H. et al., 1949, 1959, 1963]

• Несостоявшаяся шизoфрения [Канторович Н.В., 1964]

• Продромальная шизoфрения [Simko A., 1968]

• Расстройства шизофренического спектра [Rosenthal D., Kety S., Wender P., 1968]

• Вялотекущая простая шизофрения [Наджаров Р.А., 1972]

• Малопрогредиентная шизoфрения [Смулевич А.Б., 1987]

• Шизофрения с обсессивно-компульсивными расстройствами» [Zohar G., 1996]

• Шизообсессивное расстройство [Zohar G., 1998]

• Шизотипическое расстройство [Смулевич А.Б., Тиганов А.С., 1999]

Вероятнее всего, Эйген Блейлер догадывался о том, что огромное количество разнообразных психических расстройств с различной этиологией, патогенезом и клиникой, которые не поддаются лечению известными психиатрии средствами и методами, имеют более глубокую, пока непостижимую наукой, природу. Однако, будучи учёным-материалистом, он, скорее всего, был далёк от идеи, что психические расстройства могут носить вторичный характер и иметь духовные корни.

Почему профессора Э. Блейлера не устроил термин, предложенный Э. Крепелиным? Потому, что введение нового термина было не простой заменой старого. Оно было продиктовано, как считал Э. Блейлер, острой необходимостью. Многие клинические случаи не укладывались в рамки, описанные профессором Э. Крепелиным. Расстройства со схожими проявлениями не всегда протекали одинаково и не всегда приводили к слабоумию.

Поступок профессора Э. Блейлера, пожалуй, можно сравнить с поступком генетиков, которые значительную часть молекулы ДНК, предназначения которой они объяснить не смогли, назвали «мусором».

Э. Блейлер писал: «сегодня мы включаем в эту группу пациентов, которых нельзя назвать слабоумными и которые не подвергались заболеванию исключительно в раннем возрасте» [Bleuler E., 1911].

Возможно, Эйген Блейлер, вводя термин «шизофрения», не преследовал далёких целей и, желая навести порядок в классификации психических расстройств, разделил все психические заболевания на две большие группы: 1) заболевания с ясной этиологией, клиникой, патогенезом и прогнозом; 2) заболевания, с неясной этиологией, клиникой, патогенезом и прогнозом. Вторую огромную группу расстройств (The Group Schizophrenias), от попытки разобраться в которой раскалывалась голова (разум), профессор, шутя, назвал ШИЗОФРЕНИИ (от греч. shizo — раскалывать, phrenum — разум). Но это только предположения. С какой целью и для чего профессор Э. Блейлер ввёл термин «шизофрения», можно только догадываться. Термин был введен, и шизофрения быстро и легко, как грипп, стала свирепствовать и распространяться по всему миру.

Оказывается, термин «шизофрения» объединяет два совершенно различных состояния: 1) глубокий духовный кризис, который обусловлен неудачной попыткой индивидуума «найти своё место под солнцем» и характеризуется тем, что его центральная нервная система функционирует за пределом возможностей, пытаясь достичь состояния компенсации путём поиска новых вариантов реагирования на неблагоприятные условия внешней среды; обычно сопровождается полиморфными функциональными расстройствами деятельности нервной системы различной степени выраженности (от едва заметных и слабо ощутимых до явно выраженных, приводящих к нарушению деятельности других систем организма и вызывающих сбой обычного жизненного ритма), 2) духовный крах, распад человеческой личности, связанный с необратимыми органическими изменениями психики и головного мозга в результате множественных аутоимунных атак против клеток головного мозга и нейротоксического воздействия медикаментозных препаратов.

В чём суть проблемы шизофрении? В гипердиагностике.

Из-за отсутствия объективных критериев заболевания, диагноз «шизофрения» часто врачом-психиатром ставится «по наитию», «на основании личного клинического опыта».

Если завтра кому-то взбредёт в голову подурачиться, и он на центральной площади города, посреди белого дня помочится (опорожнит мочевой пузырь), а когда его задержат сотрудники полиции, будет продолжать дурачиться и нести какую-нибудь чушь, он может оказаться в приёмном покое психиатрической больницы. Если ко всему произошедшему на вопрос дежурного врача: «Зачем он мочился на центральной площади города?», задержанный, продолжая шутить, добавит, что ему «приказали инопланетяне», этот персонаж будет госпитализирован с диагнозом «шизофрения под вопросом», и ему будет назначено лечение высокотоксичными психотропными препаратами.

Для справки: у медсестёр, раздающих таблетки аминазина, развивается контактный дерматит ладоней.

При постановке диагноза «шизофрения» решающую роль играет субъективность мнения врача. О какой научности диагноза «шизофрения» можно после этого говорить?

Подвергнув критике ошибки психиатрии, мы тем самым преследовали одну-единственную цель: показать, что шизофрения — это не медицинская проблема. Причина и факторы развития состояний, квалифицируемых медиками как шизофрения, носят духовный характер.

Если бы в 1911 году профессор Э. Блейлер вместо того, чтобы вводить термин «шизофрения», признал, что эта группа психических расстройств обусловлена их духовной природой, и медицина бессильна им помочь, не было бы сейчас в мире 56 миллионов «больных» шизофренией. Но, увы, история не терпит сослагательного наклонения.

www.shizofreniya.org.ua

Таинственная «Болезнь Блейлера», или Что такое шизофрения?

30 апреля 1857 родился Пол Ойген Блейлер — швейцарский психиатр. Именно он внёс огромный вклад в изучение такого заболевания, как шизофрения, которая когда-то считалась одним из вариантов слабоумия. Что сегодня мы знаем об этом заболевании?

В 1908 году Ойген Блейлер описал шизофрению как самостоятельное заболевание, отличающееся от деменции (слабоумия), и ввёл этот термин в психиатрию. Он доказал, что болезнь не обязательно возникает в молодые годы, а может развиться и в зрелом возрасте. Её главная особенность — не слабоумие, а «нарушение единства» психики, в том числе нарушение ассоциативного мышления. Позже концепция шизофрении была официально признана всеми психиатрами. Оставалось понять, по каким признакам нужно ставить диагноз, почему болезнь возникает и как её лечить. Однако изучением этого заболевания учёные занимаются и по сей день.

О шизофрении, причинах, течении и диагностике этого заболевания рассказала Оксана Баркарова, нейропсихолог центра «СоДействие».

Прежде чем ответить на вопрос, что же такое шизофрения, хочу процитировать начало книги Барбары О’Брайен, которая перенесла приступ шизофрении и описала его:

«Представьте, вы просыпаетесь, а рядом с вашей постелью стоит вполне реальное существо, ящер в лиловой чешуе. Вы чувствуете пронзительный взгляд гостя, знаете, что он с Марса, и уверены, что он полностью контролирует ваши мысли и собирается провести этот день, неотступно следуя за вами. Дальше всё будет зависеть от него. Он собирается беседовать, руководить вашими действиями и мыслями. Явился ящер с целью осуществить исследование вашего мозга, которое заказало его марсианское начальство… Охваченный смятением, вы всё же стараетесь вести обычный образ жизни, свято сохраняя свою великую тайну. Вы беседуете с друзьями, выполняете свою работу, вовремя садитесь за обеденный стол, не показывая виду, что рядом с вами находится Некто».

Это состояние не является буквальным «раздвоением личности», что предполагается в названии болезни. Люди, страдающие им, могут видеть мир иначе, чем окружающие. Они могут или слышать, или видеть, или обонять, или осязать то, что незнакомо другим людям (пример — галлюцинации). Они могут твёрдо верить в то, что не соответствует действительности (пример — навязчивые идеи). Например, людям кажется, что кто-то читает или контролирует их мысли или замышляет против них зло.

Люди, у которых диагностировано заболевание «шизофрения», могут испытывать страх, беспокойство, тревогу и спутанность сознания. Мир иногда представляется им в искажённом галлюцинациями и навязчивыми идеями виде. Поведение таких людей может становиться настолько беспорядочным, что они чувствуют страх и внушают страх тем, кто их окружает.

При подобных симптомах необходимо обращаться к специалистам. Врач проведёт клиническое обследование. Специальных анализов для диагностики шизофрении на сегодняшний день не существует.

В случае отсутствия физических причин, которые провоцируют такие симптомы, пациента направят на последующее обследование у врача-психиатра. Специалисты узкого профиля для оценки состояния больного применяют разные программы оценки, психологические тесты, а также проводят собеседования, специально разработанные для такой диагностики.

Чтобы установить диагноз «шизофрения», врач оценивает также продолжительность симптомов. Так, если у человека симптомы, описанные выше, наблюдаются на протяжении по крайней мере полугода, ему устанавливают диагноз «шизофрения».

Очень важно, чтобы диагностику проводил опытный специалист и подходил к данному процессу разносторонне, так как существует возможность неправильного установления диагноза. Очень важно понимать, что диагноз «шизофрения» может поставить только психиатр.

Наравне с наследственной теорией происхождения шизофрении существует множество других, включая вирусную, аутоиммунную, но на сегодняшний день нет чётких доказательств ни для одной из них.

На появление у человека шизофрении практически не влияют воспитание, социально-экономическое положение семьи или религия. Болезнь возникает в результате нарушения метаболизма ряда веществ в головном мозге, но на этот процесс обстоятельства жизни ребёнка повлиять не могут. Неблагоприятные условия могут усугубить или спровоцировать утяжеление течения болезни.

В большинстве случаев депрессия обусловлена тремя причинами.

Депрессивные симптомы могут быть составляющей частью шизофренического процесса. Депрессия может быть вызвана осознанием тяжести своего заболевания и социальными проблемами, с которыми сталкиваются больные (сужение круга общения, непонимание со стороны близких, навешивание ярлыка «психа», трудовая дезадаптация и т. д.). В данном случае депрессия — нормальная реакция личности на тяжёлое заболевание.

Также депрессия часто возникает как побочное действие нейролептиков.

Ещё один интересный факт выяснили учёные из Университета Нью-Йорка — никотин компенсирует дефекты мозговой деятельности при шизофрении. Не случайно 88 % американцев, страдающих этим заболеванием, курят, причём очень много: в прямом смысле этого слова, одну сигарету за другой. То же можно сказать и о злоупотреблении алкоголем. Многие больные отмечали, что алкоголь «заглушает» голоса.

Креативность и интеллект — факторы риска?

Медицинскими наблюдениями выявлено, что предрасположенность к шизофрении имеет каждый второй человек, но развитие болезни зависит от устойчивости внутреннего защитного барьера (физиологического, психического, интеллектуального, социального). Кстати, чем выше интеллект и тоньше душевная организация человека, тем выше вероятность, что защита не выдержит напора внешних обстоятельств и человек заболеет.

Интересно, что шведские учёные после проведённых исследований человеческого мозга пришли к выводу, что креативность и неординарное мышление сродни безумию.

Эксперты из Karolinska Institute провели сканирование мозга и нашли поразительные сходства между мыслительной деятельностью одарённых в разных областях людей и страдающих шизофренией. У одних и других в мозге отсутствуют важные рецепторы, которые направляют и фильтруют мысли. Учёные предполагают, что именно благодаря этому гениальные и одарённые люди способны мыслить нестандартно, смотреть на мир под другим углом.

Исследователи, изучающие жизненный путь великих мира сего, указывают на то, что явные признаки шизофрении встречались у Гоголя, Джойса, Ван Гога, Врубеля…

Как говорится, список можно долго продолжать, и вряд ли у кого-нибудь «язык повернётся» назвать людей из этого самого списка недостаточно способными. Не берёмся оценивать вклад шизофрении в талантливость каждого из них, но факт налицо: шизофрения и огромный потенциал — творческий, интеллектуальный, трудовой — вполне совместимы.

Важно понимать, что заболевание шизофренией не означает, что у человека не может быть хорошего качества жизни и возможности работать. Как и все люди, страдающие длительным или повторяющимся заболеванием, пациенты с этим недугом могут научиться управлять своим состоянием и жить нормальной жизнью.

www.aif.ru

Кто придумал термин «серебряный век»

Кто первым начал говорить про «серебряный век», почему современникам этот термин был так противен и когда он окончательно стал общим местом — Arzamas пересказывает ключевые положения работы Омри Ронена «Серебряный век как умысел и вымысел»

Применяемое к рубежу XIX–XX столетий понятие «серебряный век» — одно из основополагающих для описания истории русской культуры. Сегодня ни у кого не может возникнуть сомнений в положительной (можно даже сказать «благородной», как само серебро) окраске этого словосочетания — противопоставленного, кстати, таким «упадническим» характеристикам того же исторического периода в западной культуре, как fin de siècle («конец века») или «конец прекрасной эпохи». Количество книг, статей, антологий и хрестоматий, где «серебряный век» фигурирует в качестве устоявшегося определения, просто не поддается подсчету. Тем не менее и появление словосочетания, и то, какое значение в него вкладывали современники, составляет даже не проблему, а целую детективную историю.

Пушкин на лицейском экзамене в Царском Селе. Картина Ильи Репина. 1911 год © Wikimedia Commons

Каждому времени — свой металл

Начать стоит издалека, а именно с двух значимых примеров, когда эпохе приписываются свойства металлов. И здесь стоит назвать античных классиков (прежде всего Гесиода и Овидия), с одной стороны, и друга и соредактора Пушкина по «Современнику» Петра Александровича Плетнева, с другой.

Первые представляли себе историю человечества как смену различных людских родов (у Гесиода, например, — золотого, серебряного, медного, героического и железного; Овидий впоследствии откажется от века героев и предпочтет классификацию только «по металлам»), поочередно создававшихся богами и со временем исчезавших с лица земли.

Критику Петру Александровичу Плетневу принадлежит первое именование эпохи Жуковского, Батюшкова, Пушкина и Баратынского «золотым веком» русской поэзии. Определение было быстро воспринято современниками и уже к середине XIX века стало общим местом. В этом смысле именование следующего большого всплеска поэтической (и не только) культуры веком «серебряным» есть не что иное, как уничижение: серебро — металл куда менее благородный, чем золото.

Так становится понятным, почему ученым-гуманитариям, вышедшим из культурного котла рубежа столетий, словосочетание «серебряный век» глубоко претило. Таковыми были критик и переводчик Глеб Петрович Струве (1898–1985), лингвист Роман Осипович Якобсон (1896–1982) и историк литературы Николай Иванович Харджиев (1903–1996). Все трое говорили о «серебряном веке» со значительным раздражением, прямо называя такое наименование ошибочным и неправильным. Беседы со Струве и лекции Якобсона в Гарварде вдохновили Омри Ронена (1937–2012) на исследование, где в увлекательной (почти детективной) форме рассматриваются источники и причины роста популярности термина «серебряный век». Настоящая заметка претендует лишь на то, чтобы быть популярным пересказом работы замечательного ученого-эрудита «Серебряный век как умысел и вымысел».

Бердяев и ошибка мемуариста

Дмитрий Петрович Святополк-Мирский (1890–1939), один из влиятельных критиков русского зарубежья и автор одной из лучших «Историй русской литературы», окружающее его культурное изобилие предпочитал именовать «вторым золотым веком». Веком же «серебряным», в соответствии с иерархией драгоценных металлов, Мирский называл эпоху Фета, Некрасова и Алексея Толстого, и здесь он совпадал с философами Владимиром Соловьевым и Василием Розановым, отводившими для «серебряного века» период приблизительно с 1841 по 1881 годы.

Николай Бердяев © Wikimedia Commons

Еще важнее указать на то, что Николай Александрович Бердяев (1874–1948), которому традиционно приписывается авторство термина «серебряный век» применительно к рубежу XIX–XX веков, на самом деле представлял себе культурное развитие примерно так же, как его коллеги по философскому цеху. Пушкинскую эпоху Бердяев по устоявшейся традиции именовал золотым веком, а начало ХХ столетия с его мощным творческим подъемом — русским культурным (но отнюдь не религиозным) ренессансом. Характерно, что словосочетание «серебряный век» не встречается ни в одном бердяевском тексте. В приписывании же Бердяеву сомнительной славы первооткрывателя термина виноваты несколько строк из мемуаров поэта и критика Сергея Маковского «На Парнасе Серебряного века», опубликованных в 1962 году:

«Томление духа, стремление к „запредельному“ пронизало наш век, „Серебряный век“ (так называл его Бердяев, противополагая пушкинскому — „Золотому“), отчасти под влиянием Запада».

Загадочный Глеб Марев и появление термина

Первым же литератором, творившим на рубеже столетий и объявившим собственную эпоху «серебряным веком», был загадочный Глеб Марев (о нем неизвестно почти ничего, поэтому не исключено, что имя было псевдонимом). В 1913 году под его именем вышла брошюра «Вседурь. Рукавица современью», в состав которой был включен манифест «Конечного Века Поези». Именно там содержится формулировка металлургических метаморфоз русской литературы: «Пушкин — золото; символизм — серебро; современье — тускломедная Вседурь».

Р. В. Иванов-Разумник с детьми: сыном Львом и дочерью Ириной. 1910-е годы © Российская национальная библиотека

Если принять во внимание вполне вероятный пародийный характер сочинения Марева, становится понятным контекст, в котором первоначально словосочетание «серебряный век» употреблялось для описания современной для литераторов эпохи. Именно в полемическом ключе выступал философ и публицист Разумник Васильевич Иванов-Разумник (1878–1946), в статье 1925 года «Взгляд и нечто» ядовито издеваясь (под грибоедовским псевдонимом Ипполит Удушьев) над Замятиным, «Серапионовыми братьями»  «Серапионовы братья» — объединение молодых прозаиков, поэтов и критиков, возникшее в Петрограде 1 февраля 1921 года. Членами объединения были Лев Лунц, Илья Груздев, Михаил Зощенко, Вениамин Каверин, Николай Никитин, Михаил Слонимский, Елизавета Полонская, Константин Федин, Николай Тихонов, Всеволод Иванов. , акмеистами и даже формалистами. Второй период русского модернизма, расцвет которого пришелся на 1920-е годы, Иванов-Разумник презрительно окрестил «серебряным веком», предрекая дальнейший закат русской культуры:

«. что же ждет нас дальше? Кончилась русская литература? Беспросветная ночь впереди, царство серебряное, потом медное, потом железное?»

Четырьмя годами позже, в 1929-м, поэт и критик Владимир Пяст (Владимир Алексеевич Пестовский, 1886–1940) в предисловии к своим воспоминаниям «Встречи» заговорил о «серебряном веке» современной ему поэзии всерьез (не исключено, что он делал это в порядке спора с Ивановым-Разумником) — хотя весьма ненастойчиво и осмотрительно:

«Мы далеки от претензии сравнивать наших сверстников, „восьмидесятников“ по рождению, с представителями какого-нибудь „Серебряного века“ русского, скажем, „модернизма“. Однако в середине восьмидесятых годов явилось на свет довольно значительное число людей, призванных „служить музам“».

«Золотой» и «серебряный» века Пяст находил и в классической русской литературе — на современную же ему культуру он пытался спроецировать ту же двухступенчатую схему, говоря о разных поколениях литераторов.

Серебряный век становится больше

Расширение объема понятия «серебряный век» принадлежит критикам русской эмиграции. Первым распространил термин, применив к описанию всей предрево­люци­онной эпохи модернизма в России, Николай Авдеевич Оцуп (1894–1958). Изначально он лишь повторил известные мысли Пяста в статье 1933 года, озаглавленной «Серебряный век русской поэзии» и опубликованной в популярном парижском эмигрантском журнале «Числа». Оцуп, никак не упоминая Пяста, фактически позаимствовал у последнего идею двух веков русского модернизма, однако выкинул из XX столетия «золотой век». Вот харак­терный пример рассуждений Оцупа:

«Запоздавшая в своем развитии Россия силой целого ряда исторических причин была вынуждена в короткий срок осуществить то, что в Европе делалось в течение нескольких столетий. Неподражаемый подъем „золотого века“ отчасти этим и объясним. Но и то, что мы назвали „веком серебряным“, по силе и энергии, а также по обилию удиви­тель­ных созданий, почти не имеет аналогии на Западе: это как бы стиснутые в три десятилетия явления, занявшие, например, во Франции весь девятнадцатый и начало двадцатого века».

Именно эта компилятивная статья ввела выражение «серебряный век» в лексикон русской литературной эмиграции.

Одним из первых указанное словосочетание подхватил известный парижский критик Владимир Васильевич Вейдле (1895–1979), писавший в опубликованной в 1937 году статье «Три России»:

«Самое поразительное в новейшей истории России — это что оказался возможным тот серебряный век русской культуры, который предшест­вовал ее революционному крушению».

Участники студии «Звучащая раковина». Фотография Моисея Наппельбаума. 1921 годСлева — Фредерика и Ида Наппельбаум, в центре — Николай Гумилев, справа — Вера Лурье и Константин Вагинов, внизу — Георгий Иванов и Ирина Одоевцева. © Литературный Крым / vk.com

Тут новый термин для эпохи как раз начинает применяться уже как нечто очевидное, хотя это и не означает, что именно с 1937 года идея «серебряного века» уже стала всеобщим достоянием: болезненно ревнивый Оцуп в переработанный вариант своей статьи, увидевшей свет уже после смерти критика, специально добавил слова о том, что именно ему первому принадлежит наименование «для характеристики модернистской русской литературы». И здесь появляется резонный вопрос: а что же сами «фигуранты» эпохи «серебряного века» думали о себе? Как же определяли себя сами поэты, эту эпоху представлявшие? Например, Осип Мандельштам к эпохе русского модернизма применял известный термин «Sturm und Drang» («Буря и натиск»).

Словосочетание «серебряный век» в применении к началу XX столетия встречается только у двух крупных поэтов (а точнее, поэтесс). В статье Марины Цветаевой «Черт», напечатанной в 1935 году в ведущем парижском эмигрантском журнале «Современные записки», при публикации были изъяты следующие строки (впоследствии они были восстановлены исследователями): «Не надо бы — при детях, либо, тогда уж, не надо бы нам, детям серебряного времени, про тридцать сребреников».

Из этого пассажа следует, что Цветаева, во-первых, была знакома с наименованием «серебряный век»; во-вторых, воспринимала его с достаточной долей иронии (не исключено, что эти слова были реакцией на приведенные выше рассуждения Оцупа 1933 года). Наконец, пожалуй, наиболее известны строки из «Поэмы без героя» Анны Ахматовой:

На Галерной темнела арка,

В Летнем тонко пела флюгарка,

И серебряный месяц ярко

Над серебряным веком стыл.

Понимание этих строк невозможно без обращения к более широкому контексту творчества поэта, однако не приходится сомневаться, что «серебряный век» у Ахматовой — не определение эпохи, а расхожая цитата, несущая собственную функцию в художественном тексте. Для автора «Поэмы без героя», посвященной подведению итогов, наименование «серебряный век» — не характеристика эпохи, а одно из ее наименований (явно не бесспорных), данных литературными критиками и другими культурными деятелями.

Тем не менее обсуждаемое словосочетание довольно быстро утратило свой первоначальный смысл и стало употребляться как классификационный термин. Михаил Леонович Гаспаров писал в предисловии к поэтической антологии рубежа веков: «Поэтика „серебряного века“, о которой идет речь, — это прежде всего поэтика русского модернизма. Так принято называть три поэтических направления, объявивших о своем существовании между 1890 и 1917 годами. » Так определение быстро закрепилось и было принято на веру и читателями, и исследователями (не исключено, что за неимением лучшего) и распростра­ни­лось на живопись, скульптуру, архитектуру и прочие области культуры. 

arzamas.academy

(schizophrenia; шизо- + греч. phren ум, разум; син.: Блейлера болезнь, dementia praecox, психоз дискордантный, слабоумие раннее) — эндогенная психическая болезнь с непрерывным или приступообразным течением, проявляющаяся изменениями личности (снижение активности, эмоциональное оскудение, аутизм, утрата единства психических процессов, нарушение мышления) и различными продуктивными симптомами (бред, галлюцинации, аффективные расстройства, кататония и др.).

шизофрения амбулаторная (s. ambulatoria) — медленно текущая или периодическая Ш., при которой клинические проявления выражены слабо, что допускает содержание и лечение больного вне психиатрического стационара.

шизофрения галопирующая — см. Шизофрения ядерная.

шизофрения гебоидная (s. heboidea; син. гебоидофрения) — Ш., начинающаяся в подростковом или юношеском возрасте и проявляющаяся гебоидным синдромом с выраженным обеднением эмоций.

шизофрения гипертоксическая (s. hypertoxica; син.: кататония смертельная, кататония фебрильная) — бурно развивающийся приступ Ш. с непрерывным неутомимым двигательным возбуждением и помрачением сознания, сопровождающийся высокой температурой, акроцианозом, подкожными кровоизлияниями, развитием истощения и комы, а также появлением после приступа изменений личности, иногда незначительных; некоторые ученые рассматривают Ш. г. как разновидность delirium acutum.

шизофрения ипохондрическая (s. hypochondrica) — Ш. с преобладанием у больного навязчивой, сверхценной идеи или бреда о наличии тяжелой внутренней болезни.

шизофрения латентная (s. latens) — Ш., отличающаяся крайне медленным развитием и бедностью, «скрытостью» клинических проявлений.

шизофрения малопрогредиентная — см. Шизофрения медленнотекущая.

шизофрения медленнотекущая (син. Ш. малопрогредиентная) — Ш. с медленно нарастающими проявлениями болезни в виде навязчивых состояний, признаков деперсонализации, сенестопатий, ипохондрического синдрома или паранойяльного бреда.

шизофрения неврозоподобная (син.: шизоневроз, Ш. псевдоневротическая) — медленно текущая Ш. без бреда с преобладанием навязчивых состояний, астении, признаков деперсонализации и ипохондрического синдрома.

шизофрения непрерывно-прогредиентная — Ш., текущая без ремиссий, с нарастанием проявлений болезни и углублением развивающегося дефекта.

шизофрения острая (s. acuta) — общее название форм Ш., при которых внезапно или бурно развиваются аффективно-бредовые, галлюцинаторно-бредовые, онейроидные и (или) кататонические расстройства.

шизофрения параноидная (s. paranoidea; син. слабоумие параноидное — устар.) — непрерывно-прогредиентная Ш. с нарастанием изменений личности, сопровождающихся систематизированным бредом, галлюцинациями, психическими автоматизмами, отдельными явлениями парафрении и кататонического синдрома.

шизофрения паранойяльная (s. paranoialis) — 1) медленнотекущая Ш. с преобладанием монотематического систематизированного бреда, напр. ипохондрического, ревности, кверулянтов, реформаторства, изобретательства, сенситивного бреда отношения; 2) начальный этап развития непрерывно-прогредиентной Ш., в течение которого проявления болезни исчерпываются паранойяльным бредом.

шизофрения парафренная (s. paraphrenica) — общее название форм Ш., в клинической картине которых преобладает фантастический бред величия, сочетающийся с бредом преследования.

шизофрения перемежающе-поступательная — см. Шизофрения приступообразно-прогредиентная.

шизофрения периодическая (s. periodica; син.: Ш. рекуррентная, Ш. ремиттирующая) — Ш., протекающая в виде приступов аффективных, аффективно-бредовых, онейроидно-кататонических, реже аментивноподобных расстройств, разделенных более или менее длительными ремиссиями с нерезко выраженными изменениями личности, не нарастающими от приступа к приступу.

шизофрения привитая — см. Пфропфшизофрения.

шизофрения приступообразная — общее название периодической и приступообразно-прогредиентной Ш.

шизофрения приступообразно-прогредиентная (син.: Ш. перемежающе-поступательная, Ш. шубообразная) — Ш., протекающая в форме приступов аффективно-бредовых, аффективно-галлюцинаторных, аффективно-кататонических, кататоно-онейроидных или других расстройств, перемежающихся ремиссиями с наличием выраженного стойкого шизофренического дефекта, глубина которого может увеличиваться от приступа к приступу или оставаться неизменной.

шизофрения простая (s. simplex) — Ш., протекающая почти без продуктивных симптомов, но с быстрым образованием шизофренического дефекта.

шизофрения псевдоневротическая — см. Шизофрения неврозоподобная.

шизофрения рекуррентная (s. recurrens) — см. Шизофрения периодическая.

шизофрения ремиттирующая (s. remittens) — см. Шизофрения периодическая.

шизофрения сенестическая Губера — см. Губера сенестическая шизофрения.

шизофрения сенестопатическая (s. coenaesthopathica) — медленнотекущая Ш., исчерпывающаяся упорными, тягостными ощущениями в различных органах или областях тела и образованием нерезко выраженного шизофренического дефекта.

шизофрения циркулярная (s. circularis) — периодическая Ш., протекающая в форме приступов депрессии или мании, иногда в виде их сочетания.

шизофрения шизокарная — см. Шизофрения ядерная.

шизофрения шубообразная (нем. Schub сдвиг, приступ) — см. Шизофрения приступообразно-прогредиентная.

шизофрения ядерная (син.: Ш. галопирующая, Ш. шизокарная) — общее название форм Ш., при которых быстро наступает эмоциональное опустошение с распадом ранее существовавших позитивных симптомов (конечное состояние).

virtual-doctor.net

Шизофрения 10 (стр. 1 из 3)

Казанский Государственный Медицинский Университет

Кафедра медицинской и общей психологии с курсом педагогики

По клинической психологии

Выполнила студентка 3 курса

Заочного отделения факультета МВСО 833 группы

Фахрисламова Р. Х.

Казань, 2010-2011 гг.

Шизофрения — прогредиентное психическое заболевание, возникающее на основе наследственного предрасположения, ко­торое имеет непрерывное или приступообразное течение и при­водит к своеобразным изменениям личности в виде дезинтегра­ции психики, аутизма, эмоционального обеднения и снижения активности

Шизофрения занимает особое место среди всех форм психи­ческой патологии, в связи с достаточно высокой распространен­ностью, во многих случаях неблагоприятной динамикой, возник­новением у части больных (лубокого психического дефекта и не­гативными социальными последствиями для личности, вплоть до утраты трудоспособности.

Слово «шизофрения» происходит от греческого “schizo”, что означает «расщепленный». “Phrenia” означает «диафрагма», которую в древности считали местом, где расположен ум (дух) и душа человека. Словом «шизофрения» европейские психиатры выражают распад или развал основных психических функций.

В каждой стране мира шизофренией болеет приблизительно 1% населения. Страдающие этим заболеванием обнаруживают ряд симптомов: их могут мучить галлюцинации и бредовые идеи, часто они высказывают причудливые, необычные мысли, становиться неловкими и неуклюжими, применяют окружающие их предметы неподходящим способом. Многие из этих людей избегают социальных контактов пренебрегают правилами личной гигиены и ведут себя странным, а иногда и опасным образом. В отношении этого тяжелого заболевания бытует множество неправильных представлений.

Шизофрения – с трудом поддающееся лечению и часто встречающееся психическое заболевание. Кроме необходимости лечения пациенты и их родственники вынуждены бороться с социальным остракизмом, которым сопровождается это заболевание.

Как правило, при шизофрении не наступает полного излечения. Однако это положение не столь безнадежно, как это может показаться. Постоянный прогресс в нашем понимании причин шизофрении, ее биологии и генетики дает повод для надежды. Уже в наше время многие мужчины и женщины успешно лечатся от этого заболевания и снова возвращаются к нормальной жизни.

Два человека сыграли ключевую роль в изучении шизофрении в историческом аспекте: Эмиль Крепелин (немец, 1856 – 1926) и Еуген Блейлер (швейцарец, 1857 – 1939). Но следует отметить, что еще по меньшей мере три человека также внесли значительный вклад в изучение этой болезни в период, предшествовавший исследованиям Крепелина и Блейлера. Бенедикт Морель (1809 – 1873), бельгийский психиатр, применил термин demence precoce для описания больных, находящихся в состоянии деградации, у которых заболевание началось в подростковом возрасте; Карл Кальбум (1828 – 1899) описал симптомы кататонии, а Эвальд Геккер (1843 – 1909) описал в высшей степени аномальное поведение больных гебефренией.

Крепелин подразделил психически больных с серьезными расстройствами на три основные группы со следующими диагнозами: раннее слабоумие, маниакально-депрессивный психоз и паранойя. Раннее слабоумие Крепелин описывает как хроническое заболевание, приводящее к деградации, при котором иногда наблюдаются также такие клинические проявления, как бред и галлюцинации. Крепелин отмечал, что при этой форме заболевания у обследованных им больных приблизительно в 4% случаев имело место полное выздоровление, а в 13% — значительная ремиссия. Термин «маниакально-депрессивный психоз» относился к больным, которые переносили болезненные аффективные эпизоды, между которыми наблюдалась практически полная ремиссия. Диагноз «паранойя» ставился больным, у которых основным симптомом заболевания был устойчивый бред преследования.

Блейлер ввел новый термин «шизофрения», который означает расщепление психики, основываясь на теоретическом «схизме» (раскол) между мышлением, эмоциями, поведением. К сожалению, этот исторический термин обусловил путаницу между данным заболеванием ирасщеплением личности (которое сейчас называется «множественными расстройствами личности») и является расстройством, не имеющим ничего общего с шизофренией.

Определение шизофрении, данное Блейлером, отличается от раннего слабоумия в определении Крепелина двумя основными аспектами. Во-первых, Блейлер не считал, что деградация является обязательным исходом этого заболевания. Во-вторых, Блейлер разделил симптомы на основные (первичные) и дополнительные (вторичные). Наболее важным основным (фундаментальным) симптомом является расстройство мышления, характеризующееся нарушением ассоциативного процесса, его несостоятельностью.

3. Особенности мышления при шизофрении

Расстройства мышления при шизофрении описаны клиницистами-психиатрами и психологами. Для мышления больных шизофренией характерно то, что нарушение на уровне понятий не исключает относительной сохранности формально-логических связей. Происходит не распад понятий, а искажение процесса обобщения, когда у больных возникает множество случайных, ненаправленных ассоциаций, отражающих чрезвычайно общие связи.

Ю. Ф. Поляков у больных шизофренией отмечает нарушение актуализации сведений из прошлого опыта. По данным эксперимента, в сравнении со здоровыми больные лучше опознают те стимулы, которые являются менее ожидаемыми, и хуже – стимулы, более ожидаемые. В результате отмечается расплывчатость, причудливость мышления больных, что приводит к нарушению психической деятельности при шизофрении.

Эти больные не выделяют значимых существенных связей между предметами и явлениями, однако не оперируют, как олигофрены, второстепенными конкретно-ситуационными признаками, а актуализируют чрезмерно-общие, не отражающие реальной действительности, часто слабые, случайные, формальные признаки.

При проведении методик "исключение предметов", "классификация предметов" больные часто производят обобщение на основе личного вкуса, случайных признаков, предлагая несколько вариантов решения, при этом не отдавая предпочтения ни одному из них. В данном случае можно говорить о разноплановости мышления, когда суждение о каком-то явлении протекает в разных плоскостях.

Начальная стадия нарушений мышления раньше, чем в других методиках, выявляется в пиктограммах. Здесь обнаруживаются расстройства аналитико-синтетической деятельности (соотнесение абстрактно-смысловых и предметно-конкретных компонентов). Больные могут выбирать образ, неадекватный содержанию понятия, могут предлагать пустой, выхолощенный, бессодержательный набор предметов, псевдоабстрактные образы, сами по себе лишенные содержания, или часть, фрагмент какой-то ситуации и т.д.

При ассоциативном эксперименте отмечаются ассоциации атактические, эхололические, отказные, по созвучию.

Искажение процесса обобщения происходит в сочетании с нарушениями последовательности и критичности мышления. Например, разглядывая рисунки Х. Бидструпа, больные не понимают юмора, юмор переносится на другие, неадекватные объекты.

При проведении многих методик у больных отмечается резонерство . Резонерство при шизофрении отличается выхолощенностью ассоциаций, потерей целенаправленности, соскальзываниями, претенциозно-оценочной позицией, склонностью к большим обобщениям по поводу относительно незначительных объектов суждения.

Соскальзывание проявляется в том, что больные, адекватно рассуждая, вдруг сбиваются с правильного хода мыслей на ложную ассоциацию, затем опять могут рассуждать последовательно, не исправляя ошибок. Непоследовательность суждений не зависит от истощаемости, сложности заданий.

Таким образом, при шизофрении могут выявляться нарушения внимания и нарушения памяти. Однако при отсутствии органических изменений головного мозга эти нарушения являются следствиями нарушений мышления. Поэтому основное внимание психолог должен уделять исследованию мышления.

4. Симптомы шизофрении.

4.1. Позитивные симптомы

Позитивные симптомы являются «патологическим избытком», или странными дополнениями к поведению человека. Бред, дезорганизованное мышление и речь, обостренное восприятие и галлюцинации и эмоциональная неадекватность наиболее часто встречаются в клинической картине шизофрении.

Бред. У многих людей, страдающих шизофренией, формируется бред, идеи, в которых они полностью убеждены, но которые в действительности не имеют никакого основания. У некоторых людей формируется только одна линия бреда, которая влияет на их жизнь и поведение, в то время как у других — несколько линий бреда. При шизофрении наиболее часто встречается бред преследования. Люди с бредом преследования считают, что против них затевается заговор или к ним предвзято относятся, что за ними шпионят, их порочат, им угрожают, на них нападают или наносят преднамеренный вред. Лаура была убеждена в том, что ее соседи старались вызывать у нее раздражение и что другие люди пытались причинить вред ей или ее мужу. Люди, страдающие шизофренией, также могут испытывать бред отношения, при котором они находят особое и личное значение в поступках других или в различных объектах или событиях.

mirznanii.com